Виктория Синицина и Никита Кацалапов: чем запомнилась Олимпиада и как выбирают музыку для танцевальных номеров

3 апреля гостями шоу Week&Star стали фигуристы Виктория Синицина и Никита Кацалапов! Читай интервью ниже или подписывайся на подкаст, мы есть в Apple Podcasts, Google Podcasts, Castbox, «Яндекс.Музыке».

Александр Генерозов: На Европе Плюс сегодня в гостях дуэт прекрасных фигуристов, гордость нашей страны и фигурного катания, они завоевали командное золото в Пекине в 2022-м, а также серебро в танцах на льду. Они чемпионы мира и двукратные чемпионы Европы – встречаем на радио № 1 в России – Виктория Синицина и Никита Кацалапов! Привет, ребята, и привет всем!

Виктория и Никита (хором): Всем привет!

Александр Генерозов: Начало апреля – это время, когда у фигуристов заканчивается зимний рабочий и жаркий период, в этом году он ещё и олимпийский. Сейчас именно тот короткий момент, когда можно на пару витков ослабить пружины, чуть выдохнуть и оглянуться?

Виктория Синицина: Да, абсолютно правильно. Сейчас у нас такое время, когда мы можем хоть немножко расслабиться, отдохнуть от ежедневных трудных тренировок.

Никита Кацалапов: Я полностью поддерживаю, потому что самое тяжелое – выдержать рутину тренировочную, поэтому сейчас с кайфом выдыхаем.

Александр Генерозов: Ну давайте пролистаем календарик – не на 3 сентября, нет, но на месяц с лишним. Олимпийский Пекин – каким он был и чем запомнился?

Никита Кацалапов: Ну дело в том, что во время Олимпийских игр твой паспорт – это твоя аккредитация. Поэтому город Пекин мы смотрели до Олимпийских игр, когда там проходил Гран-при. А во время Олимпийских игр ты никуда не можешь выйти, потому что, во-первых, ковидные ограничения во всем и везде. Во-вторых, это большие заборы вокруг деревни. Тебя просто не выпустят, если ты едешь не на какой-то олимпийской объект, только болеть за кого-то, либо сам соревноваться. У нас все было очень ограничено. Тем не менее, огромный респект всем волонтерам, которые были в олимпийской деревне, на олимпийских объектах. Я говорю о ребятах-китайцах, они все говорили свободно и на английском языке, и все, кто надо, говорил на русском языке. Все были дружелюбные, приветливые. Первое время, когда ты привыкаешь к этой маленькой отдельной жизни на Олимпиаде, они очень помогают.

Александр Генерозов: Да уж, и мазки, и забор крови постоянный, как это только можно вынести?

Виктория Синицина: Мы, конечно, к этому привыкли, года два мы сдаем тесты на COVID очень много, на соревнованиях они ежедневные. Где-то из носа, где-то изо рта, иногда и туда, и туда, и по несколько раз в день. Поэтому мы привыкли к таким условиям. Но, надеюсь, что в ближайшее время все закончится.

Александр Генерозов: Так уж получилось, что Азия будет для нас все более значимой. Вам симпатично в целом отношение Китая к своему спорту, и в частности, к фигурному катанию?

Никита Кацалапов: Я могу сказать про китайцев, в том, что касается именно фигурного катанияони очень голодны до тренерских кадров, до спортсменов, им нужно больше информации. Ребята, спортсмены отдаются по полной программе. Те ребята, с которыми мы общаемся и знакомы давно, которые выступают на мировом уровне, катаются очень хорошо, очень хорошо соображают, и всегда с голодными глазами смотрят не только на своих соперников непосредственно на соревнованиях, но и смотрят, мониторят все тренировки, пытаются что-то для себя перенять.

Виктория Синицина: Они подготовились к этой Олимпиаде очень хорошо. Все их спортсмены прибавили за эти четыре года до Олимпиады очень сильно.

Александр Генерозов: Сергей Рахманинов и Джо Кокер, что их объединяет? Наши сегодняшние гости, которые завоевали медали на олимпийских играх именно под эту музыку. Ну а в самом деле, нам, как музыкальному радио, интересен процесс выбора музыки, потому что очевидно, что для танцев это ну очень важно. И как это выглядит? Вы садитесь с Александром Жулиным: «Так, вот это не то, нет, а это лучше» – или всё несколько по-другому устроено?

Виктория Синицина: Ну вообще, в фигурном катании музыка должна нравиться и спортсменам, и зрителям, и, естественно, судьям. Это очень важно! И мы выбираем музыку, тщательно продумывая, и приносим каждый свои варианты, и это очень сложно всегда.

Александр Генерозов: Ну и в итоге какой-то «худсовет» есть?

Никита Кацалапов: Нам чуть проще в танцах на льду. Например, для короткой программы каждый год меняются правила, и меняется стиль музыки. Он должен быть под общую гребенку, у всех одинаковый, грубо говоря. В этот олимпийский год нам сказали «стрит-дэнс», и мы все ломали голову, что за стрит-дэнс. Какой-то специалист сказал: «Представьте себе Рио-де-Жанейро, карнавал». В итоге это должен был быть какой-то блюз. Прикол в том, что люди, которые сделали эти правила, сами до конца не поняли, что нужно. Они просто хотели дать максимальную свободу на эти Олимпийские игры, в итоге все равно рамки получились. Мы вышли из этого положения, мне кажется, очень стильно: Джо Кокер, все знают хит. Бесспорно, кайф, качает. Костюмы – тоже, что угодно можно сделать, хоть по фильму «Девять с половиной недель», хоть что-то свое. Мне кажется, мы попали.

Александр Генерозов: Сборная по фигурному катанию с точки зрения нас, гражданских зрителей – монолитная структура. Но если вдуматься, у вас, Никита, с той же Камилой Валиевой – двукратная разница по возрасту. Это не трудно в эмоциональном смысле?

Никита Кацалапов: Я чувствую, что если бы мне было сейчас 15 лет, как Камиле, и не дай бог у меня была бы такая ситуация, которая бы обрушилась на девочку, не знаю, как бы я вышел на личные соревнования. Уже понимаешь, как реагировать, что нужно выкинуть, что у тебя соревнования, что основная твоя цель – это выступить и всем доказать. Спорт такой.

Александр Генерозов: А медали-то когда в итоге вручили, те самые? Я честно говоря пропустил момент.

Никита Кацалапов: А их потому что не вручили.

Александр Генерозов: Их так и не вручили?

Никита Кацалапов: Нет, у нас есть коробки, есть специальный значок, и есть самое важное – подтверждение, большой диплом, что мы являемся олимпийскими чемпионами. Но по факту, самих медалей у нас нет.

Виктория Синицина: Нет именно групповых золотых, серебряные-то нам дали.

Александр Генерозов: Танцы на льду – дисциплина, которая серьезно ограничена в эффектных элементах в отличие от традиционного катания. Но я подумал, а может это именно та сложность, которая как в «Формуле 1»? Когда нельзя мощный мотор, у всех объём 1,6, нельзя какие-то элементы-помогалки, вот пожалуйста, в заданных условиях и ограничениях, покажи свой уровень! Есть такое?

Никита Кацалапов: Шикарное сравнение. Я прошу разрешения использовать с этого времени это сравнение. Это идеально сделано. Действительно, все дело в том, что в равных условиях, в абсолютно равных правилах ты не можешь сделать что-то сложнее. Как тот или иной элемент, насколько лучше ты его сделаешь, чем другие. Насколько чище судьи оценят и поставят тебе надбавок за него больше. Вы все идеально сказали.

Александр Генерозов: Вика, ну а на ваш взгляд, вот это отличие, а может это в каком-то смысле дальнейший вектор всего фигурного катания? Убрать фокус с каскадов и в каком-то смысле чуть приблизить именно к танцам, не кажется вам?

Виктория Синицина: Да, вообще, фигурное катание – это не только спорт, больше искусство. Поэтому я очень надеюсь, что оно будет двигаться в этом направлении. Не только сделать сильнее, или выпрыгнуть выше или лучше, а именно чтобы это было интересно, красиво, зрелищно, захватывающе.

Александр Генерозов: Ускорим темп вопросами покороче, ответы в любом размере! Синхронистки чувствуют даже полградуса изменения температуры воды. Насколько хорошо вы чувствуете температуру воздуха или льда?

Виктория Синицина: Да, мы это очень хорошо чувствуем. И температуру на льду очень хорошо чувствуем всегда. И обязательно, если меняется температура воздуха, мы чувствуем это коньком и лезвием, что лед тоже меняется. Если слишком холодно он становится жестким, крошится, ты сильно врезаешься лезвием в лед. Если слишком тепло, он слишком мягкий, тебе тяжелее разогнаться, ноги прямо утопают.

Александр Генерозов: На ретроконьках пробовали кататься? В стиле «Серебряных коньков».

Никита Кацалапов: С таким, где вместо зубчиков – запятушка. Я на хоккейных недавно начал.

Александр Генерозов: Как ощущения?

Никита Кацалапов: Шикарно. Лезвие больше похоже на ножи, и скорость можно набрать гораздо быстрее, как мне почувствовалось, еще и выше можно. Плюс маневренность за счет того, что острее лезвие, в лед врезается. Приятные ощущения испытал.

Александр Генерозов: У спортсменов есть личный райдер? Потому что музыкант – не музыкант, если он не укажет, что вода только такая…

Никита Кацалапов: Мы, как солдаты, выполняем приказы тренера, и в бой.

Александр Генерозов: Молочная кислота в мышцах. Как убрать?

Никита Кацалапов: Растяжка, плюс всякие приемы, типа как полежать перед соревнованиями, ноги на стенку задрать. Много приемов. Массаж обязательно.

Виктория Синицина: Массаж, побегать можно, забегаться.

Александр Генерозов: И что, реально снять за пару часов полностью эту адскую боль?

Никита Кацалапов: Не на 100%, но намного лучше.

Виктория Синицина: На следующий день будет полегче.

Александр Генерозов: Что сложнее: выступать первым или в конце?

Никита Кацалапов: Зависит от турнира и зависит от дня соревнований. Например, в первый день соревнований можно позволить себе первыми откататься, потому что чувство начать соревнования иногда… Для меня в этом году было волнительнее, чем во второй день. Поэтому в первый день соревнований можно, а в произвольной программе нужно достойно, скорее всего, последним стартом кататься.

Виктория Синицина: Всегда последними кататься приятнее, закрывать соревнования.

Александр Генерозов: Тут тоже как у музыкантов. Там тоже битва за финальные места в лайнапах! Заточка коньков: колдовство или миф?

Никита Кацалапов: Это индивидуальная для каждого технологическая операция.

Александр Генерозов: Буквально неделя после завершающего в этом насыщенном сезоне состязания – Кубка Первого Канала по фигурному катанию, и с нами его триумфаторы из команды «Красная Машина», а также олимпийские чемпионы Пекина-2022 – Виктория Синицина и Никита Кацалапов! И начну я с дробных цифр. 137 целых 84 сотых балла. Это ваш результат за прокат произвольной программы, и заочно вы превзошли французов Пападакис и Сизерона на 75 сотых. Для нас эти цифры малоинформативны, но насколько это трудные 0,75?

Никита Кацалапов: Могу сказать, что за такие баллы мы еще с Викой совершили помарку. У нас, я думаю, было бы больше еще. Да, это опасная разница. Если после короткой такая разница, это означает, что судьи вас равно оценили, что она не значится.

Александр Генерозов: Габриэла и Гийом отреагировали как-либо, они следят как-то?

Виктория Синицина: Я даже не знаю, следили ли они за Кубком Первого канала. Естественно, они где-нибудь это увидят. Интересно, что они почувствуют.

Александр Генерозов: Ну я думаю, что от судей никакого снисхождения вы не получали, та же строгость, как и на международных? Ну или всё-таки чуточку, но мягче?

Никита Кацалапов: Трудно сказать. Я могу за нас с Викой сказать, что мы очень ответственно выходили к этому турниру. Конечно, был полный зал зрителей. С Олимпийскими играми не сравнить, в плане того, что ты ощущаешь, когда они все просто орут, другим словом не назвать. Насколько нам делали надбавки, тоже трудно сказать, потому что катались мы с Викой в полную силу, на максимуме и от всей души.

Александр Генерозов: Очень порадовало выступление Камилы Валиевой – мы о ней уже сегодня вспоминали, и о ней сложно не вспомнить, когда говорим о фигурном катании. Но меня удивило, что все тут же стали причитать, что вот, это упрощение программы, что она не стала выкладываться, «Камила на минималках», чуть ли не юниорский уровень. Всё-таки, на ваш взгляд, было оправдано решение немного сбавить вот этот накал?

Никита Кацалапов: Я абсолютно уверен, что это было стратегическое решение, принятое совместно всей командой. Я думаю, ребята сделали все, как им нужно было. Посмотрите, как она откаталась, как она сама была счастлива, рада.

Виктория Синицина: Я хочу сказать, тот набор элементов, который у нее был, очень сложный. Дай бог всем спортсменам тоже так прыгать и кататься.

Александр Генерозов: Продолжая тему Кубка – меня поразил, пользуясь концертным сленгом музыкантов, «биток-пребиток». И это Саранск, компактный город. Это всё-таки для наших соревнований необычная история, не находите?

Виктория Синицина: Зал был битком, были болельщики не только из Саранска, приехали со всей России, даже иностранцы были каким-то образом. Это было очень круто, очень приятно. Мы всегда заряжаемся огромной энергией от такого зала.

Александр Генерозов: Ну то есть интерес у болельщиков есть, и катание у нас любят?

Виктория Синицина: Да, у нас люди обожают фигурное катание, это сейчас популярный вид спорта. Я надеюсь, что он будет еще больше расти.

Александр Генерозов: Кубок – это турнир в конце сезона. Можно ли считать его своего рода виньеткой сезона, или он бывает в разное время?

Никита Кацалапов: В прошлом году его проводили до Чемпионата мира. Сейчас, насколько мы знаем, его два раза переносили. Сначала он должен был состояться в Сочи, перенесли в Москву. В Москве не смогли, сделали в Саранске. Я знаю, что очень переживали по поводу зрителей. Когда мы все это увидели, организаторы были очень счастливы, смотря на полные трибуны, где нет ни одного свободного места.

Александр Генерозов: Вас сейчас тренирует Александр Жулин, легендарный человек в спорте. Можете ли вы сказать, что он знает вас лучше, чем вы себя?

Никита Кацалапов: У нас с ним полное доверие. Я могу согласиться с тем, что с какой-то стороны конкретно меня он знает лучше. Он мне очень помог. Я такой, очень эмоциональный, взрывной на тренировках, и часто мне это в спортивной карьере мешало. Я не видел себя со стороны, не мог с этим справиться. А он нашел большой ключ, мы много разговаривали, много работали над этим. Вика тоже помогает мне с этими моментами. Не в плохом смысле взрывной, а просто иногда с перебором, что мне надо все идеально. Жулин действительно нам все доверяет, всегда нас слушает, прислушивается. В роли злого тренера, злого копа, выступает не так часто. Ему просто не приходится делать, потому что мы…

Виктория Синицина: У нас есть злой коп…

Александр Генерозов: Кто?

Виктория Синицина: Никита (смеётся).

Никита Кацалапов: Это я, да. Думаю, мы уже на взрослом доверии работаем больше.

Александр Генерозов: Легендарная и уже ставшая притчей жесткость и даже жестокость нашей тренерской школы. Она есть? Или это скорее про начальный этап, когда детство играет?

Виктория Синицина: Нет, ну дисциплина нужна, особенно когда ты в более молодом возрасте. Так как мы уже взрослые, опытные спортсмены, мы сами знаем, что нам нужно делать, чего мы хотим. Поэтому мы просто прислушиваемся друг к другу, и нет такого, что ругаем.

Александр Генерозов: Вы, как устоявшаяся пара, прошли самые разные этапы пути, в том числе и рокировка. Насколько я знаю, это произошло даже по вашей просьбе?

Никита Кацалапов: Мы уже об этом рассказывали, после Олимпийских игр в Сочи. Я уже не видел перспектив для себя конкретно. Вся страна видела, когда она считала, что нужно слушать советы всех людей, и я уже практически прислушивался пару раз. Но все-таки я очень настойчивый, от своих мыслей тогда не отказался. Началось с меня, и Вика поддержала. Было непросто, но мы справились со всем.

Александр Генерозов: Это действительно в карьере фигуристов самая серьезная трансформация, ну почти как руку пришить, слышал такое даже, или все же несколько преувеличена сложность?

Виктория Синицина: Самое главное, что мы сделали все, что от нас требовалось, и выиграли почти все соревнования, которые были. И это очень круто.

Александр Генерозов: Чтобы не выглядеть восторженным фанатом, в розовых тонах, и поющим оды – ну оды я буду петь – но давайте подумаем, где всё-таки у нас самое тонкое место в фигурном катании? Самый старт, от нуля до спортшколы? Или потом уже?

Никита Кацалапов: Могу сказать, что вообще везде, это очень тонко. У нас по пальцам одной руки пересчитать, сколько у нас тренеров, которые в данный период приводят спортсменов на мировой уровень. Тут нужно задуматься именно с детского спорта. Тренеров молодых очень и очень много, их огромное количество. Но у кого правильная техника, правильная база, правильная подача для ребенка – это огромная ответственность и задача, потому что у нас все зависит от того, как тебя научили в детстве.

Александр Генерозов: Все уже думают об отпусках на лето. Вы куда и как сейчас поедете?

Виктория Синицина: Мысли немножко не об отдыхе. У нас целый месяц будет шоу в разных городах России и не только.

Никита Кацалапов: Первого числа у нас «Влюбленные в фигурное катание», 15-16-го – юбилей Татьяны Анатольевны Тарасовой.

Виктория Синицина: Да. Третьего числа, в Питере, будет шоу Ильи Авербуха.

Никита Кацалапов: И тур весь апрель, семь городов, Этери Тутберидзе.

Александр Генерозов: И это называется «ослабить немного пружинку»?

Виктория Синицина: Да (смеётся)! А после этого мы уже подумаем об отдыхе.

Александр Генерозов: Вика, Никита, спасибо огромное за то, что нашли время в вашем графике и приехали к нам на Европу Плюс, гордимся вами и всеми спортсменами из России, мы лучшие, и ждём вас, приходите, как будет свободный час!

Виктория и Никита (хором): Спасибо большое!

Александр Генерозов: Друзья, обладатели командного золота в Пекине в 2022-м, и серебра в танцах на льду, чемпионы мира и двукратные чемпионы Европы, потрясающий дуэт Виктории Синициной и Никиты Кацалапова провел с нами этот час. Александр Генерозов, Week&Star, встретимся через неделю, пока!

Виктория и Никита (хором): Пока-пока!

AD