Стала знаменитой с ролью Леры в легендарных «Реальных пацанах», и её съёмочный график расписан надолго — 23 ноября в гостях шоу Week&Star побывала актриса театра, кино и сериалов Зоя Бербер. В новом выпуске Зоя рассказала, кого она воплотила в новой сказочной истории «Маша и медведи», как благодаря роли Леры ей понравилось быть женственной, а также почему после прощального сезона «Реальных пацанов» приходят новости о съёмках следующего. Читай интервью ниже или слушай подкаст в Apple Podcasts, Castbox или «Яндекс.Музыке».
Александр Генерозов: И сегодня мы пригласили на Европу Плюс отличную актрису театра, кино, сериалов. Я рад представить всем — очаровательная и талантливая Зоя Бербер. Привет тебе, Зоя, и всем добрый-добрый вечер!
Зоя Бербер: Привет-привет! Ну, слушай, вообще артистка по жизни, вот так (смеётся).
Александр Генерозов: «Артистка по жизни. Зоя Бербер»? Прямо сейчас мы тебе дали новый титр такой, да?
Зоя Бербер: Да, почему нет? А то все как-то серьезно, надо полегче. Да?
Александр Генерозов: Слушай, ну, когда я готовился к нашей встрече, я посмотрел, у тебя прямо такой вот декабрь по премьерам хороший!
Зоя Бербер: Да, я старалась весь год, чтобы декабрь был хороший по премьерам.
Александр Генерозов: И тебе вот, скажи, в такой... занятости, вот в такой плотности тебе комфортно? Или это уже немножко то, когда не хватает как будто бы на семью немножко? Видишь, как я тебе болезненные такие иголочки приготовил?
Зоя Бербер: Всё хорошо, это правильный вопрос. Действительно, если одно занимает большую часть времени, оно естественным образом вытесняет другое. Я стараюсь держать в этом какой-то баланс, знаешь, эквилибр, чтобы туда-сюда успевать. Получается не очень. Работа в этом году чуть побеждала, но чуть. То есть в этом году у меня выдвинулись, задвинулись, точнее, друзья, за что я как бы прошу прощения, но да, семья и работа были во главе этого года! А все мои какие-то друзьяшечки, выходы, выезды — они в меньшей степени.
Александр Генерозов: А баланс личностного такого, да? Ну, типа, побыть наедине с собой, осмыслить, «куда я движусь»?
Зоя Бербер: «Это в обед, Зоя!» Мне обычно говорят: это в обед делай или ночью. А остальное — работа и семья. Но надо отдать должное мужу, который очень любит путешествовать, и любит путешествовать не наедине, а со мной. И он заранее, да, заранее спрашивает всё расписание, подготавливается и крадёт меня там от четырёх до семи дней куда-нибудь.
Александр Генерозов: То есть тебе такие: «Зоя, тут вызывной тебе!» Да? «Извините, надо было раньше!»
Зоя Бербер: Мы заранее какие-то дни блокируем, он узнает, просит заблокировать и тем самым сильно выручает, потому что голова должна проветриваться не только от работы, но и порой от семейного какого-то быта. Поэтому получается. Но сложно! Было в этом году сложновато. Я думаю, что в следующем будет полегче, попроще и с работой, и, соответственно, и в семье получаться.
Александр Генерозов: Это такая здоровая синусоида, в пределах нормы?
Зоя Бербер: Очень стараюсь, потому что нужно быть всегда в ресурсе. А если ты полностью выжмешься, ну, кому ты нужен? И на работе не нужен.
Александр Генерозов: Ракетный старт с ролью Леры Обориной в «Реальных пацанах»…
Зоя Бербер: Ракетный старт? Это марафон длиной в 14 лет!
Александр Генерозов: Который не закончился же, да? 6 ноября я прочитал новость.
Зоя Бербер: А это, кстати, новость. Вот сейчас новость как для тебя, так и для меня. То есть 6 ноября я также сижу, читаю новость, и сказать, что я была удивлена, — ничего не сказать! И ты думаешь, я одна из команды, кто была удивлена? Нет! Все главные персонажи и второстепенные, да и, собственно, все, кто за кадром, также были удивлены. То есть мне кажется, это такой интересный ход от самих ТНТ, мол, «а мы уже сказали». А мы ещё даже не знали. Так что не знаю, как эта авантюра пройдёт, но, ребят, это авантюра, знайте, пока мы не в курсах!
Александр Генерозов: Ну, слушай, если такие вещи прозвучали... Тут у нас чеховские ружья везде развешаны, так что если оно висит — оно стрельнет. Оно уже стрельнуло — значит, в кого-то попадет.
Зоя Бербер: Я скажу, что это здорово, конечно. Я бы ещё немного подождала. Можно было бы сделать сезон замечательный, но вот ещё немного подождать, чтобы мы совсем оформились в мужчин и див. И реальные пацаны бы уже столкнулись с поколением. Как это, зумеры, да, у нас?
Александр Генерозов: Сейчас альфа уже.
Зоя Бербер: Уже альфа. Ну вот тем более. Со всеми с ними соприкоснулись и рассказали, как жить-то, может, надо, а может, не надо. Ну так, чисто поболтать. Вот такой сезон — поболтать с поколением. Но пока все это авантюра.
Александр Генерозов: У тебя внутреннего конфликта с Лерой не было никогда? Вот что, «да оставь ты меня уже, ну сколько можно»!
Зоя Бербер: Нет-нет, я её очень люблю, и эта Лера уже больше, ну всё, мы уже слились, потому что из Зои-пацанки, такой девочки шебутной, уже её немножечко Лера привела в порядок по-женски, сделала её леди, а я в Леру внесла скорее какие-то, ну, немножко дерзкие нотки, которые ей пригодились. Поэтому мы уже... В принципе, перед тобой сидит и Зоя, и Лера.
Александр Генерозов: Во-во-во, взаимное воспитание.
Зоя Бербер: Взаимное воспитание случилось. То есть я в спортивном, но как бы и «ажурчик» на мне есть.
Александр Генерозов: Это уже попахивает раздвоением личности?
Зоя Бербер: Эта жизнь шла 15 лет, и вот оно как-то слилось в одно. Да, вот сейчас совсем другие истории в моей жизни. Это где я играю маму очень часто, как в «Маше и медведях». И я рада, что зовут на эти роли, потому что ты же знаешь, что, если какая-то неприятная дамочка сыграет маму, ну как-то на неё не хочется смотреть, как-то ты ей не доверяешь. А мне вот доверяют. Это круто.
Александр Генерозов: Ну что ж, давай к премьерам, потому что уже сейчас в кино «Маша и медведи». Это ведь та самая сказка от Льва Николаевича, который, кстати, перевёл сказку с английского языка, там «Златовласка и медведи». Как тебе, во-первых, сам тренд на массовую экранизацию всего сказочного пространства? Не будет такого, что рано или поздно сказки закончатся? А что дальше снимать?
Зоя Бербер: Ну, бум огромный, да. Я так понимаю, что это вселенная сказочная. Это наш плацдарм. Есть комиксы в других странах, есть аниме, что-то ещё. А у нас сказки. Мы этим как бы богаты. И наша новая вселенная сказочная. Бум огромный. Нравится ли он мне? Нравится, но вот я только-только вступила и начала как-то со всеми играть в сказках. Хочется ещё!
Александр Генерозов: Ты мама, а дочка, получается, Вита Корниенко, правильно? Как тебе этот юный гений, который вообще в свои там какие-то крохотные года уже и сценарист вроде, и ещё что-то — у неё там такой титр богатый.
Зоя Бербер: С Витой мы работаем очень давно, очень люблю её и её маму. Впервые мы поработали вместе на проекте «Возмездие», если не ошибаюсь. И там ей было то ли три, то ли четыре. Ну, в общем, до пяти лет. Да-да, не ошибаюсь. Ну, пять максимум. И этот человечек, который — включается камера, и тебе, как партнёру, можно не играть. Тебе можно только наблюдать, потому что она искренне переживает, и она существует не по технике, как многие детки, которые обучались там, а она прямо живёт здорово, не потеряла качества этого внутреннего. И сейчас вот мы с ней поработали, и мне также не нужно было ничего играть, а просто наблюдать. Девочка вела историю очень правильно. Я горжусь этой работой и знакомством с ней. Она большая молодец. И её мама, опять же, напомню. Это нужно поддерживать такой график, ритм. И она её не бросает на амбразуру, она её ведёт.
Александр Генерозов: И Вита, получается, играет Машу. Маша в английской исходной сказке — Златовласка. И есть такой «принцип Златовласки». Смысл в том, вот там, помнишь, три тарелочки, три постели, да? И что человек выбирает как раз столько, сколько нужно.
Зоя Бербер: А, ну то есть золотая середина.
Александр Генерозов: Вот это и есть «принцип Златовласки», представляешь?
Зоя Бербер: То есть золотая середина — это «принцип Златовласки»?
Александр Генерозов: Да-да, что-то мы как-то и мудрено, и пришли к таким простым вопросам. Но я просто что-то, знаешь, я прогрузился, когда вот к этому готовился, думаю, офигеть, это вот такая простая вроде бы история, а она на самом деле непростая.
Зоя Бербер: Непростая. Я надеюсь, что зритель, может быть, сможет уловить эти философские глубокие мысли.
Александр Генерозов: Особенно от мамы Маши (смеются).
Зоя Бербер: Ну да. Но если не получится, ничего страшного, потому что это... Знаешь, мы же помимо того, что платим за билет, ходя в кино, мы ещё отдаём самый главный ресурс. Это время. И мне всегда, если не получилось, неловко перед зрителем, что они потратили какие-то там свои часы. И в этот раз особенно, потому что детские фильмы, приведут детей, время будет не зря потрачено.
Александр Генерозов: А ты в душе всё равно пермячка?
Зоя Бербер: Конечно!
Александр Генерозов: Это же не вытравишь — привольную Волгу, Каму, вот это всё?
Зоя Бербер: Нет-нет, это никогда. То есть ты можешь уехать из Перми, а Пермь из тебя — никогда. И это не про какую-то только там, как это, про реальных пацанов, да, это не только про дерзость некую, а ещё и про прямолинейность, про правильную наглость, не по головам идти, а действительно действовать и настаивать на своих действиях, то есть вот это, и, слава богу, всегда будет со мной.
Александр Генерозов: Ну, пермяки сами меняются наверняка, да, тоже со временем? Представляешь, вот сериал начинался тогда, когда, ну, слово «гопник» ещё что-то значило. Сейчас уже под камерами городскими, по-моему, это утеряло немножко свои...
Зоя Бербер: Ну, наверное, меняются поколения. То поколение, которое выросло, наверняка поменялось, но это в силу возраста юные остались, ну, они так или иначе должны пройти свой путь. И там, может быть, называются не гопники, может быть, там называется по-другому. Причём до гопников, извините, был «парень со двора», понимаешь там, «бродяга».
Александр Генерозов: Но лучше не уточнять время, когда будете там!
Зоя Бербер: Да, но опять же, с другой стороны, это в любом городе, даже в Москве, это неотъемлемая часть, путь каждого человека, каждого пацана. Пермь поменялась. Пермь классная.
Александр Генерозов: Она очень культурная.
Зоя Бербер: Ох, а какая набережная. А какие у нас музеи внутри, как это всё стало видоизменяться. Да и вообще, как вкусно! Я скучаю. Я не была, мне кажется, года два. Я очень скучаю.
Александр Генерозов: Кто в кого в итоге впадает? Кама в Волгу или Волга в Каму?
Зоя Бербер: Мне кажется, что впадает...
Александр Генерозов: Вообще, официально Кама в Волгу, но на самом деле Волга маленькая относительно Камы, а Кама большая и больше воды.
Зоя Бербер: Кама большая, да. Кама очень большая, широкая и глубокая. И вообще, есть у нас в Пермском крае слияние трёх рек. Это такое сильное место, если вдруг захочешь попутешествовать, заезжай туда. И вообще, там люди рождаются с определённой энергией. И всех пермяков, кого ты встречал, ты наверняка это ощущал. Такие пробивные, но и с правильным чувством юмора плюс самоирония.
Александр Генерозов: Её зовут Зоя Бербер, она отличная актриса, и она сегодня на Европе Плюс. Что-то улыбается, улыбается. Приятно, что ли?
Зоя Бербер: Её зовут Зоя Бербер, её зовут мама, её зовут... «Эй, иди сюда, бегом, ты где пропала!»
Александр Генерозов: От какой роли откажешься точно? Маньячка, предательница, подставь своё значение.
Зоя Бербер: Нет, всё мне нравится, всё нравится. Я не люблю глупые анекдоты. Когда вот играют скетчи, но прямо глупые. То есть когда шутка на поверхности, и мы её разыграем сейчас.
Александр Генерозов: А какую бы мечтала сыграть? Маньячку, предательницу, подставь своё значение. Ну это синхронный вопрос, понимаешь?
Зоя Бербер: Я очень хочу доказать, что драма мне даётся легко. И я с удовольствием в этом во всём поработаю, будь то какие-то негативные нотки по героям, страшные, тяжёлые, душевные. Это всё во мне есть, и это просит выхода. И даже у меня есть такая теория, что на данный момент, ну, не верится как-то им, не верится, да ещё есть какой-то, как говорят, хвост — вот там вот от комедии, от всего. Но в 55 что-то внутреннее во мне с внешним, вот, моим скафандром, телом сойдётся. И оно как у Мэрил Стрип, так... И я как попру!
Александр Генерозов: И как Мэттью Макконахи тоже. Ждал, ждал.
Зоя Бербер: Да-да. И он очень правильно описал эту историю. Зелёный свет, я прочитала. Нужно действительно просто принять решение. Я его приняла. Я жду. И отказываюсь от каких-то вещей, которые повторными для меня будут в игре. И ожидаю, что мне доверят большие истории.
Александр Генерозов: Ладно, вопрос попроще. Кому хоть можно поплакаться на площадке о нелёгкой судьбе? Не знаю, гримёру, костюмеру?
Зоя Бербер: Ассистенту, моей Любе. Пермячке моей.
Александр Генерозов: А я думал, скажешь, «светику» какому-нибудь…
Зоя Бербер: Я очень открытый человек. Если внутри что-то сидит, я выплакиваюсь ещё на буфете. Я не знаю, водителю. Я очень открытый человек. Я в себе не несу тяжёлое. И сразу прошу прощения, оно выливается на всех, кто рядом. Но не режиссёру. Он в работе. У него и так полно разных своих дел, и он должен выполнять свою задачу.
Александр Генерозов: Одни учат текст легко, а другие через адские муки. Ты к какому лагерю? Ты сделала такое личико, что сразу понятно.
Зоя Бербер: Да, ко второму лагерю. Мне сложно. У меня Наталья Земцова, подружайка, вот чародейка. Она просто вот так берёт лист — вжих! — фотографическая память. Белая зависть? Нет! Там просто я говорю: «Да как ты это делаешь?» А у меня нет. К сожалению, я учу долго и ищу разные лайфхаки. Один из них. Здесь у тебя с правой стороны текст, а с левой стороны ручка и пустой лист бумаги. Читая текст, ты параллельно рисуешь всё, что угодно. Круги, каляки, что-то такое. Просто левой рукой. И запоминание идёт проще.
Александр Генерозов: 1 сентября в один день с тобой родились… Билл Каулитц — это из Tokyo Hotel. Я сначала музыкантов, извини, да?
Зоя Бербер: Хорошо, да, давай.
Александр Генерозов: Сергей Гармаш! Чон Джонгук! Асия — такая классная певица, кстати.
Зоя Бербер: Вау!
Александр Генерозов: Да! Вот кому одно объятие-то прибережёшь? Одно на всех.
Зоя Бербер: Ты знаешь, что про единицу говорят? Ну, все, кто... Извини, сейчас нумерология ещё подключится. Но женщина, рождённая 1-го числа, вообще ей непросто. Она царица. Дико извиняюсь. Ну вот, царица! И про таких женщин говорят, что вот она идёт где-то за 20 метров, ты услышишь её шаг. Всех женщин, кто родился первого числа, я так крепко обниму! Потому что я прекрасно понимаю, чего стоит доказать, что в тебе ещё есть мягкость, помимо того, что ты... Ну, вот как бы, дико извиняюсь, ношу корону. Но ещё есть нежность и мягкость. И это Асия!
Александр Генерозов: Ок! Ну давай уже «Шальную», которая 4 декабря, правильно я понимаю, будет в прокате? Прокачаем, да? И вот ты только что сказала, что ты такая царица внутри, да? А императрица-то не ты, а Ирина Пегова!
Зоя Бербер: Ничего страшного, это вообще не мешает. Она ещё... Она императрица. Ну, это такой... Такого таланта человек, такого пути, широкой души. Я долго могу говорить про неё. Самодисциплины, сияющих глаз, движухи внутренней. И всё правильно. Всё правильно, что она на своём месте.
Александр Генерозов: Я когда название прочитал, я думаю, это должна быть либо Пегова, либо Аронова. Одно из двух. И вот угадал.
Зоя Бербер: Кстати, да! Причем я её не узнала на первом гриме, когда захожу.
Александр Генерозов: Не узнала?
Зоя Бербер: Не узнала. Я думала, это сидит её дублёр. Я пошла здороваться и такая, ой, ну, видимо, нет, села уже гримироваться. Посмотрю, думаю, как похоже. А оказывается, на момент, когда я зашла на грим, ей уже приклеили носик. И это видоизменило её лицо настолько, что она была похожа на Ирину Пегову. Но я её не узнала. Замечательный фильм.
Александр Генерозов: Я уже там по сюжету, даже по фабуле референсов себе так накидал. Этот и «Иван Васильевич меняет профессию», конечно же, и французские «Пришельцы». И даже, наверное, в чём-то «Четыре комнаты»?
Зоя Бербер: Но мне кажется, ты не попал. Никуда не попал.
Александр Генерозов: Ты там снималась, а я не знаю пока, не видел!
Зоя Бербер: Там есть ритм. Он не очень свойственен русской комедии. Он такой больше Европа-Франция-Америка, туда — в ту сторону. То есть такое, как бы, существование более быстрое. Радда Новикова, режиссёр, которая нам и волю давала, но при этом и держала этот ритм. Это чисто женское кино. Но мужчинам посмотреть стоит, потому что там в лёгкой форме говорится вроде о банальных вещах про женщин, но очень правильные вещи, которые, если мужчина заинтересован в женщине, пусть посмотрит вместе с ней. Мы весёлые фрейлины получаемся. Я, Стречина, вот мои напарницы Ангелина, Алиса, мы такие получились фрейлины нашей императрицы. Не просто подружки, которые вызвали, понимаешь? У неё не было подружек, а у неё был допуск, она давала допуск для фрейлин. И вот в современном мире вот три её настигли.
Александр Генерозов: Ну, кстати говоря, вот два фильма обсуждаем, и это два полных метра, да? То есть, скорее, не в сериалы тебя прямо вот. Или это так просто совпало? Нет тяготений именно вот к большому экрану, полному метру, и всё?
Зоя Бербер: Нет, у меня есть тяготение к одному. Работа. И неважно, это театр, кино. Да, ты знаешь, про «дев», кстати, говорят, что главное — работа. Денег заплатят — о, здорово. Нет — ну, ничего страшного. Я очень люблю работать. Я трудоголик. Да, я трудоголик. И если это для меня новое что-то, то я готова в это впрыгивать. На это и существуют агенты, которые говорят, подожди, я понимаю, что ты можешь всё сделать, но нужно, чтобы труд оплачивался. А так, конечно, я только работаю.
Александр Генерозов: «Казанова. Ars vivendi», да и не чья-либо постановка, а сейчас наберусь прямо воздуха — Сергейвитальича Безрукова! Потому что его только так сейчас все зовут уже давно, не Серёжа, не Сергей, да.
Зоя Бербер: Сергей Витальевич, да.
Александр Генерозов: Да-да-да, он уже такой взрослый дядька, и уже монстр и шеф. Смотри, какой мостик-то опять, получается Казанова при дворе Екатерины II.
Зоя Бербер: Это было начало. Сейчас я уже не играю в этот спектакль. Но это было начало знакомства для меня с историей изнутри, с императрицей. И чаще всего я играла с Яниной Соколовой. Театр РАМТ. Она играла императрицу у нас в спектакле с Сергеем Витальевичем, который, естественно, кем? Он там Казановой был. А мы были фрейлинами. И это такое первое знакомство, когда побываешь в этом во всём. Спасибо им огромное, потому что в фильме я уже в лёгкую абсолютно обращалась. Матушка, матушка, я дико извиняюсь, милая моя… Ну то есть театр мне помог подключаться к императрице. Ну вот вроде своя и не своя одновременно. Это видно, и это здорово, потому что остальные у меня немножечко перед императрицей глазки округляют, а я при этом уже знаю подход. Ну матушка, ну императрица. Да, сейчас орать будет. И я потерплю. Всё. А дальше по делу скажу.
Александр Генерозов: Всё это прикольно, но я не могу понять, почему «главная-поисковая-компания-точка-афиша» пишет несуществующие спектакли с актёрами. Я уже не раз попадался при подготовке. Вот и тебя, видишь, там прямо тебя на декабрь расписывают, а потом поедешь в гастроли с ним.
Зоя Бербер: Да, мне уже сказали про... Ну, это, видимо, ход такой рекламный, к сожалению. Мне уже об этом сказали из других городов. «А когда именно вы будете играть»? А как с вами можно будет встретиться и связаться? И так жаль огорчать, но нужно сообщить, потому что... В любом случае, я пишу, на спектакле надо быть. Меня пока не будет.
Александр Генерозов: В общем, «главная-поисковая-компания-точка-афиша», вам дисс! А тебе респект, потому что ты ещё снимаешься в клипах, да?
Зоя Бербер: У Краймбрери! Да, я ещё люблю сниматься в клипах. И один из последних у меня был — это Краймбрери! И вообще, компания продюсерская Velvet Music, если бы я пела, была бы уже только к ним.
Александр Генерозов: А у меня была Алёна Михайлова! Здесь мы сидели, болтали.
Зоя Бербер: А я ей пару дней назад ручку жала да восхищение своё высказывала.
Александр Генерозов: Как тебе вообще кино... Такой у меня переход, да? Как тебе вообще киноклимат наш? Просто, на самом деле, я с какой точки зрения... Снимают много, как никогда. То есть много всего выходит.
Зоя Бербер: Как в последний раз.
Александр Генерозов: Стали вроде бы как суперпрофессиональными все. И мне кажется, кино отдрейфовало в сторону ремесленного совсем от арта, вот так отчалило.
Зоя Бербер: Уходит ли душа из кино? И больше ли играют деньги роль? Да, безусловно. Продюсерское кино — зачем мы это скрываем? Но на это есть артисты, которые включаются всегда с душой. На это вся надежда. На наших, на моих коллег.
Александр Генерозов: Ну а общий уровень профессиональности всё-таки тоже высок, как никогда, потому что вот такой объём снимать. Или всё равно это «лучше бы ты не знал, как это делается!» Через пень-колоду и прочее?
Зоя Бербер: Ой, это такая большая тема, но она классная.
Александр Генерозов: Уходим на второй час!
Зоя Бербер: Экстренный выпуск!
Александр Генерозов: Зоя Бербер рассказывает о кино!
Зоя Бербер: Давай быстренько. Тезисно. То есть кто-то говорит, что так много кино, что сейчас будет вот этот шар, который должен лопнуть. Не считаю так. Я считаю, что это какой-то такой важный период в нашей стране, в нашей жизни, в нашей индустрии, когда мы должны вот так, в огромном скоростном режиме просуществовать, ошибок набраться, чтобы нам это надоело, чтобы мы скорость набрали, поняли, что мы можем, поняли, что мы конкурентоспособны, и потом взять паузу, но не в стоп, а в такую паузу, запаузиться немного, чтобы вернуться к душе, понять, что это мы можем, здесь у нас получилось, тут качество, тут не качество, окей, а теперь вернёмся к тому, за что нас любит весь мир, и мы — сами себя.
Александр Генерозов: И будем душить.
Зоя Бербер: Да, и будем от души, душевно, в душу.
Александр Генерозов: Давай напоследок, что ли, помучаю тебя. У меня такая рубрика — «Деконструкция». Хотел бы я, да, если от тебя убрать актёрство, убрать вообще всё. Что там, мамская мама?
Зоя Бербер: Я? Я… Если вообще всё убрать… Так я немножко это потерялась даже, как будто первый раз за вечер. Да, ты знаешь, мама — это тоже определённая работа, это не совсем как бы я. Я — это вот где-то сидит на... Я очень люблю горы. Где-то на вершине. Тепло чтобы было. Ветер очень люблю. И что-то напеваю. Вот это я. То есть, такая лягушка-путешественница, которая любит видеть мир и которая хочет, чтобы у всех близких было всё хорошо. Вот это я. Это точно.
Александр Генерозов: Зоя, спасибо тебе огромное за то, что пришла к нам. Ты вообще, конечно, огонёк! И прямо вкусная такая, замечательная. Спасибо тебе огромное!
Зоя Бербер: Спасибо. А можно я скажу слушателям? Дорогие, воскресенье заканчивается. Завтра прекрасный понедельник. Да, зима у нас ждёт. Но всё будет классно!
Александр Генерозов: Зоя Бербер провела с нами этот вечер на Европе Плюс. Ну а я, Александр Генерозов, прощаюсь ровно на семь дней. Встретимся в следующее воскресенье в 17:00 с новым выпуском Week&Star. Будет звёздно, будет интересно. Всем пока!
Зоя Бербер: Пока!
