Андрей Сироткин: об успехе Конора Макгрегора и лучших фильмах про бокс

24 апреля гостем шоу Week&Star стал боксёр Андрей Сироткин! Читай интервью ниже или подписывайся на подкаст, мы есть в Apple Podcasts, Google Podcasts, Castbox, «Яндекс.Музыке».

Александр Генерозов: На Европе Плюс сегодня с нами боксер, чемпион Европы по версии WBO, чемпион Азии и Евразии по версии WBC, чемпион Азии и интерконтинентальный чемпион по версии WBA, он из 22 боёв победил в 19. Рад представить всем, Андрееееей Сииииироооткииииииннн! Всегда мечтал объявить так.

Андрей Сироткин: (смеётся) Как на ринге себя ощутил!

Александр Генерозов: Да уж! И он не один, сегодня к нашему разговору присоединяется его тренер, Александр Апанасёнок, привет, Саша!

Александр Апанасёнок: Здравствуйте!

Александр Генерозов: Привет всем, кто сегодня с нами. Я хочу спросить. За пару минут до боя ты идешь в халате на ринг. Насколько ты остаешься в эту секунду в этом мире? «О, народу-то больше, чем я ожидал» или «Что это за клоун там сидит справа?». Это всё становится несущественно, или где-то на периферии замечаешь?

Андрей Сироткин: Нет. Вообще отключаешься, идешь в себе с мыслями, с настроем, с последними тренерскими установками в голове. Там на тебя ярко светит свет, и по краям даже не видишь, мало или много народа, даже не думаешь об этом, не смотришь. Идешь по этому световому коридору к рингу и настраиваешься на бой.

Александр Генерозов: В каком углу ринга ты будешь на ближайшей встрече – в красном или в синем? Или это все условности и не так важно?

Андрей Сироткин: Это условности. Я даже не знаю, как делают организаторы. Мне, скажу честно,без разницы.

Александр Генерозов: Александр, каково место тренера в этот момент? Вы с утра с подопечным. Вы глаза, уши и его руки?

Александр Апанасёнок: Не прямо с утра, но последние часа два. Последние установки, настрой на бой, психологическая установка. Между нами тонкий коннект.

Андрей Сироткин: С утра по телефону всё равно что-то напишет, спросит, скажет.

Александр Генерозов: Во время боя, наверно, забираете телефончик?

Александр Апанасёнок: Ну не всегда.

Александр Генерозов: Уже в эту пятницу, меньше, чем через неделю, ты встречаешься на ринге с белорусом Виктором Мурашкиным. Этот парень стал заменой «Малышу», как его зовут – Хуану Руису. По списку своих побед Мурашкин выглядит не столь впечатляющим, как Хуан. Если я правильно помню, у него всего четыре титульных боя, из которых два завершились победой. Но, наверно, не стоит его недооценивать?

Андрей Сироткин: Действительно, сначала я подписал контракт на бой с Руисом. У организаторов возникли сложности с его доставкой в Россию, поэтому переиграли на Мурашкина. Но я бы здесь сделал поправку. Мурашкин будет сложнее и опаснее, чем тот же Руис. Мурашкин молодой, он только начинает боксировать, он набирает обороты. В последнем бою он досрочно победил нокаутом сильного украинского боксера. Да, рейтинг у него пока не самый высокий, но амбиции и задел у него очень хорошие. Поэтому здесь легкий бой не получится.

Александр Генерозов: Александр, на ваш взгляд, соперник хорошо понимает, что из себя представляет Андрей, выложится в этом бое, или всё-таки это коммерческое шоу, и здесь это не так важно?

Александр Апанасёнок: Коммерческое шоу само собой, но спортивная составляющая всегда на первом месте. Я больше чем уверен, что он хорошо знает Андрея, не раз видел, тем более, мы несколько раз выступали в Беларуси, он там лично присутствовал.

Андрей Сироткин: Он очень хороший боксер, просто провел еще мало боев, поэтому у него рейтинг пока не такой высокий, как у меня. Но в случае победы он может очень высоко взлететь. Поэтому я понимаю, в каком состоянии он находится – волнение, переживание. Но у него будет очень большая мотивация на бой. Не то, что он подписал контракт, заплатили гонорар, и неважно, как он боксировал. Нет. С его стороны будет очень серьезный настрой.

Александр Генерозов: Это молодые, и от этого более злые акулы, которые хотят подплыть и откусить от чемпиона.

Андрей Сироткин: Так и есть.

Александр Генерозов: В феврале ты поймал досадное поражение от еще одного достаточно молодого парня в Казахстане, Мейирима Нурсултанова. Тебя это сильно выбило из колеи, или ты принимаешь, такая реальность?

Андрей Сироткин: Конечно, было мало приятного. Бой построился не так, как планировали. Да, оступились, бывает. Сделали выводы, работу над ошибками, двигаемся дальше. Многие везде пишут «Сироткин возвращается на ринг 29 апреля». Я никуда не уходил, и перерыва год-два у меня тоже не было. Я через два месяца опять выхожу на ринг.

Александр Генерозов: Наша встреча – довольно уникальное событие. Общеизвестный факт, спортсмены перед соревнованиями вообще не любят никуда ходить, сконцентрированы. За это скажу отдельное спасибо, что нашел возможность заехать к нам. Сейчас ты уже на таинственной для нас процедуре сгонке веса, и мечтательной, такой заманчивой для многих из нас. Сколько нужно было убрать за этот раз? Сколько уже удалось?

Андрей Сироткин: Да, сейчас уже идет процесс сгонки, но пока не активный, потому что еще есть время. В плане режима питания уже всё строго. Приехал на подготовку около 82 килограмм, а сегодня после тренировки весил 76. Я могу весить 73,6. Еще надо убрать 2 500-2 400 грамм. Всем бойцам, которые гоняют вес, перед этим тяжело согласиться на что-то выйти, где-то пообщаться.

Александр Генерозов: Сплошные искушения?

Андрей Сироткин: Искушения, раздражители. Когда гоняешь вес, становишься злым, раздраженным. У меня семья уже привыкла. Жена тоже из солидарности со мной, бывает, сядет на диету, не задает лишних вопросов. Им с сыном привет, они сейчас слушают. Привет, Нижний Новгород.

Александр Генерозов: Александр, это вы, наверно, с врачом глобально решаете, что ему еще можно, может быть, всё-таки какой-нибудь протеиновый батончик.

Александр Апанасёнок: У него такой огромный бэкграунд, что я ему в этом полностью доверяю. У нас никогда с этим не было проблем, всегда олимпийский вес.

Александр Генерозов: Еще один интересный момент, некоторые боксеры, ну вот тот же Оскар Де Ла Хойя был любителем за сутки после взвешивания даже внешне набрать вес. Где-то даже публиковали его фотографии, как будто два разных человека. Есть момент «отъедания»?

Андрей Сироткин: Да, так и есть, но это даже и плохо. Если себя не контролируете, делаете всё неграмотно, можно те же 10 килограмм, который сбросилэто больше воды, но их можно набрать. Это не очень полезно и не очень правильно, потому что теряется скорость и выносливость. Надо покушать, восполнить силы. В момент боя надо быть аккуратным с жидкостью, потому что мышцы становятся ватными, теряется скорость, резкость. С этим тоже не нужно грубить. По некоторым боксерским версиям даже прописано, что после взвешивания на день боя они могут набрать какой-то процент от своего веса, но сильно не могут набирать.

Александр Генерозов: Вы начинали с кикбоксинга, точнее, важно упомянуть фулл-контакт. Глупый вопрос, но в сравнении с боксом это более сложный или более легкий спорт?

Андрей Сироткин: Здесь даже любительский и профессиональный бокс – это два разных вида спорта. Кикбоксинг и бокс – это абсолютно разные виды спорта. Я бы даже не проводил никакие сравнения.

Александр Генерозов: Почему в итоге популярность у бокса такая не убиваемая? Его пытаются со многими видами единоборств, он придуман больше 100 с чем-то лет назад, уже скоро будет двухвековой.

Андрей Сироткин: Вы сами отвечаете на свой вопрос. Бокс давно придумали. Это классика. Не придумаешь ничего нового более интересного.

Александр Генерозов: Я знаю, что боксеры, бывает, переходят в MMA (Mix Fight). Но обратный путь почти невозможен. Когда Конор Макгрегор попытался сыграть что-то в роли боксера, это смотрелось достаточно смешно, мягко говоря. Это действительно слишком специфичная вещь, чтобы с легкостью переходить из одного вида спорта в другой.

Андрей Сироткин: Здесь вопрос к Александру. Может быть, после этого боя он задумывается перевести меня в MMA.

Александр Апанасёнок: Нет. Здесь всё очень просто. Это олимпийский вид спорта. В конкуренцию включено очень много людей, в отличии это MMA. MMA – это молодой вид спорта, смешанные единоборства. Здесь тотальная конкуренция, очень много хороших качественных боксеров. Не хочу никого обидеть, но в смешанных единоборствах конкуренция послабее. Поэтому боксеры средней руки переходят именно туда, пробуют свои силы там.

Александр Генерозов: Здесь более жестко зарегулировано в данных обстоятельствах. Здесь более сильный как борец, и он будет пытаться тянуть бойца. Мне кажется, MMA как вид единоборств немножко не созрел до конца, у него есть какая-то незрелость.

Андрей Сироткин: Чтобы у слушателей было понимание, для меня это как ралли на грузовиках и «Формула-1» на болидах, где он на 300 километрах входит в поворот, и грузовики, которые едут по грязюке, по бездорожью. Для меня это плюс-минус.

Александр Генерозов: Время для быстрых вопросов, ответы в любом формате! Твой лучший нокаут. Когда и с кем?

Андрей Сироткин: Он в будущем.

Александр Генерозов: Может быть, будет даже 29-го, не исключено. Коль мы уж вспомнили о Коноре Макгрегоре, сколько процентов в нём бойца, и на сколько процентов в нём шоумена?

Андрей Сироткин: Здесь два разных Конора. Прежде, чем он стал шоуменом, он был действительно хорошим спортсменом и хорошим бойцом. Он до этого времени пахал. Когда он уже как боец стал топовым, он переключился и стал шоуменом, оставив 30-40% от себя как бойца.

Александр Генерозов: Александр встречался с такими артистичными боксерами на нашем ринге?

Александр Апанасёнок: Нет. Русский характер, русский дух. Все просто берут и делают. Говорят мало, но показывают на деле.

Александр Генерозов: Будь сегодня Мухаммед Али в расцвете сил, стал бы чемпионом, как и в те времена? Насколько это уникальная фигура, если смотреть ретроспективно?

Андрей Сироткин: Возможно. Но Тайсон Фьюри сейчас тоже показывает очень интересный бокс.

Александр Генерозов: Три лучших боксерских фильмов. Можете даже на двоих.

Андрей Сироткин: «Нокдаун», «Малышка на миллион». «Рокки» больше как мотивационные, не как поставлен или снят сам бокс. В плане постановки бокса и съемки, насколько всё реалистично, мне понравился фильм «Левша». Очень круто снят. Там реально выходы из раздевалки, ринг-анонсеры, вся эта атмосфера вокруг ринга. Всё очень правдоподобно снято.

Александр Генерозов: Тренера хорошо слышно посреди шума зала? Этот голос вычленяется?

Андрей Сироткин: Да, только его и слушаешь. Но это тоже определенный опыт. Со временем отключаешь все голоса и оставляешь только голос тренера.

Александр Генерозов: Даже голоса «экспертов» из зала, которые «Андрей, работай левой, работай левой»?

Андрей Сироткин: Если им нравится, пусть кричат. Но пусть знают, что их не слышно.

Александр Генерозов: Бокс часто превращается в спорную зону. Если нет нокаута, то начинаются решения судей. Тут есть поле для субъективности. Ты, как минимум, один раз это встретил в яркой форме, когда был бой с Дэнни Дигнамом, когда ты явно побеждал, но присудили ничью. Или это происходит гораздо чаще, просто не в таких ярких проявлениях?

Андрей Сироткин: К сожалению, это очень часто происходит. Я не говорю конкретно за себя, а вообще в боксе, в единоборствах. К сожалению, я по полной ощутил ее на себе.

Александр Генерозов: Что делать. Понятно, когда ты едешь в какую-то страну сражаться с бойцом именно из этой страны, скорее всего, будет поправка.

Андрей Сироткин: Да. Он у себя дома. Он чемпион, был с поясом. Чтобы забрать пояс на выезде, тут надо побеждать досрочно или более явно. Я раунды забирал, но настолько явно не было победы, поэтому не дали.

Александр Генерозов: Александр, вы как тренер можете оперативно повлиять на это решение, или вы точно так же находитесь с бойцом в районе ринга и не можете сказать: «Нет, нет, этого не было. Что ты творишь?»

Александр Апанасёнок: Оперативно повлиять на решение судей я точно не могу, а оперативно повлиять на действия боксера в бою – да.

Андрей Сироткин: Что и сделал Александр с Дигманом, потому что первые три раунда были явно за мной. Потом три раунда получились невнятные, и прямо в поединке уже Александр перестраивал тактику, давал новые указания, которые я старался выполнять. Концовку тоже получилось забрать. Реально перестроились по ходу поединка.

Александр Генерозов: Судьи понятно. Но нам как зрителям их на экране не видно. Есть еще рефери, человек, который находится на площадке. Насколько его профессионализм и предвзятость могут повлиять, или он может только какую-то секунду в нокдауне?

Андрей Сироткин: Очень много. Если профессиональный рефери, и у него есть свои симпатии к определенному бойцу, то он может ему помочь и вытащить поединок, но при условии, что поединок более-менее равный.

Александр Апанасёнок: Даже если взять последний бой с Дигманом, было достаточно глубокое рассечение, он мог просто его снять, остановить бой, и Андрей бы победил, но дотянули до конца. Рассечение было очень глубокое и опасное.

Александр Генерозов: Есть ли такой момент, если есть возможность, завершаешь бой нокаутом, но вообще хотелось бы дальше побоксировать, просто в развитие поединка, подставился – хрясь, и всё?

Андрей Сироткин: Бывают такие моменты, я даже не конкретно про себя, про многих бойцов, когда после долгой паузы выходят на бой, и специальная тренерская установка, чтобы пройти всю дистанцию, отбоксировать все раунды, чтобы продышаться, вспомнить те ощущения, атмосферу. Специально делается установка, если нарисовывается возможность, не завершать бой досрочно.

Александр Генерозов: Бокс в первую очередь ассоциируется с Америкой и Англией, двумя мощными центрами. Но ведь и в Азии есть своя культура бокса, свои легенды, вспомнить того же Мэнни Пакьяо. Сама по себе азиатская школа бокса – это нечто особенное с их традициями единоборств, или это похоже на европейскую и американскую в той или иной степени?

Андрей Сироткин: Да, у них есть свои черты.

Александр Генерозов: Более злые?

Андрей Сироткин: Смотря какую Азию брать. Если те же Филиппины, откуда Пакьяо, с этим не знаком. Если брать СНГ, нашу азиатскую часть, на предпоследнем Чемпионате мира сборная Узбекистана заняла общекомандное первое место, обойдя Америку и Кубу.

Александр Апанасёнок: Последняя Олимпиада тоже общекомандное первое место. Сильная школа.

Александр Генерозов: Есть боксеры, которые выходят на ринг не для победы, а просто чтобы заработать деньги?

Андрей Сироткин: Таких очень много.

Александр Генерозов: Они лишены честолюбия или они хорошо понимают свое место? Зовут на бой, и то хорошо?

Андрей Сироткин: Мне тяжело ответить на этот вопрос. Я не знаю, что творится у них в голове, что за психология.

Александр Генерозов: Что думает Александр?

Александр Апанасёнок: Нет спортивной подоплеки, поэтому такие бои неинтересно смотреть ни зрителям, ни профессионалам.

Александр Генерозов: Другая сторона у бокса, кроме славы, поясов, такая история, как у Мухаммеда Али, который в итоге получил тяжелое заболевание. Есть и более драматичные истории, что можно еще сильнее испортить здоровье, как в том фильме, раз мы вспомнили, «Малышка на миллион». Как ты миришься со страхом травмы? Надо как-то учиться отключать, когда идешь?

Андрей Сироткин: Если брать шкалу травмоопасности, бокс во втором десятке. В лидерах футбол, хоккей, мотокросс. В футболе бутсами, шипами в коленный сустав как дадут с размаха, в боксе такой травмы точно не получишь.

Александр Генерозов: Просто он выглядит более свирепо.

Андрей Сироткин: Да. Открытая драка. Но, тем не менее, не настолько травмоопасно, как все любят об этом говорить. Другая сторона бокса, для меня это больше не мысли о травмах, сложнее приехать на сборы. Я сам из Нижнего Новгорода, приезжаю к Александру в Москву. Семья остается в Нижнем. Подготовка занимает длительный период времени, поэтому тяжело. Семья там, ты здесь тренируешься.

Александр Генерозов: С другой стороны, бокс может стать пропуском в какие-то другие плоскости. Тот же Мэнни Пакьяо, который сейчас баллотируется в президенты.

Андрей Сироткин: Плюсов очень много, особенно когда хорошо выступаешь и выигрываешь. Да, это есть.

Александр Генерозов: Как задел на будущую карьеру, ты не хочешь стать более публичным, вдарить по соцсетям, хотя с ними сейчас не так просто?

Андрей Сироткин: Я с соцсетями не очень, честно скажу, но всё взаимосвязано.

Александр Генерозов: В плане молодых ребят, девчонок, нет дефицита в секциях? Это достаточно популярно?

Александр Апанасёнок: Дефицита нет. Молодежи много. Приходишь, каждый день работаешь. Народу полно, малышей и подростков. Есть огромное желание и ресурсы.

Андрей Сироткин: Нет никакого дефицита, что ты!

Александр Генерозов: У тебя в начале года в планах числилось четыре боя. Один уже случился, другой на близком горизонте.

Андрей Сироткин: Идем с опережением графика пока (смеётся).

Александр Генерозов: Дальше как? Вторая половина года.

Андрей Сироткин: Сейчас я боксирую на «ЮКА промоушен», с которыми подписан контракт на этот бой. Также в контракте прописан опцион на следующий бой. В случае моей победы вы можете снова увидеть меня на ринге уже буквально через полтора-два месяца.

Александр Генерозов: Андрей, Саша, спасибо огромное за то, что пришли, я знаю, как сложно найти время перед боем, и мы это очень ценим, ждём в гости с новыми поясами.

Андрей Сироткин: Спасибо большое вам!

Александр Апанасёнок: Спасибо!

Александр Генерозов: Друзья, мы сегодня провели свой воскресный вечер с обладателем титулов чемпиона Азии и Евразии по версии WBC, чемпион Европы по версии WBO, чемпион Азии и интерконтинентальным чемпионом по версии WBA Андреем Сироткиным и его тренером Александром Апанасёнком на Европе Плюс. Александр Генерозов, Week&Star, пока!

Андрей Сироткин: Пока!

Александр Апанасёнок: До свидания!

AD
Загружается ...