Самая вкусная еда из самых простых продуктов, конечно, у наших мам и бабушек! Ну и ещё у ресторатора, шеф-повара и ведущего шоу «ПроСТО Кухня» на СТС Александра Бельковича! Хочешь узнать, в чём секрет? Слушай шоу Week&Star в это воскресенье, Александр придёт к нам в гости и всё расскажет.

11 февраля, 17:00, Европа Плюс. Александр Генерозов узнает у шефа и телеведущего, откуда он черпает вдохновение в своих простых рецептах, какой станет через несколько лет русская кухня, а также почему в новом проекте он вдруг решил уйти в детство и от души наиграться в прятки.

Слушай Европу Плюс, живи вкусно и просто!

28 января гостем шоу Week&Star стал актёр Фёдор Федотов! Читай интервью ниже или подписывайся на подкаст, мы есть в Apple Podcasts, Google Podcasts, Castbox, «Яндекс.Музыке».

Александр Генерозов: На Европе Плюс сегодня с нами этот час проведет замечательный актер театра и кино, но это мы сейчас говорим «актер», а ведь он мог бы стать замечательным хоккеистом, потрясающим фигуристом, и вообще, коньки для него больше, чем спортивный аксессуар. Они, как и для его героя из «Серебряных коньков», – практически талисман! Рад представить всем – Фёдор Федотов! Привет тебе, Фёдор, и привет всем, кто с нами сегодня!

Фёдор Федотов: Здравствуйте друзья, я счастлив здесь оказаться, абсолютно! И к разговору о коньках, честно скажу, что, когда мы с другом и одноклубником Пашей, человеком, с которым я до сих пор общаюсь, ездили на хоккейные тренировки, его мама включала Европу Плюс каждый раз! Каждый раз! Поэтому хоккейные тренировки и игры связаны для меня с Европой Плюс четко абсолютно, на каком-то уровне подкорки. Я счастлив оказаться здесь, всем доброго вечера!

Александр Генерозов: Это очень приятное признание для нас, и спасибо, что ты тоже к нам смог заехать, очень приятно тебя видеть и слышать! Ну и что ж, зима холодная, я подумал, каналы и речки в Питере часто замерзают? Ну, чтобы как в том фильме на них на коньках кататься.

Фёдор Федотов: Конечно да! Я помню, нам долгое время не верили, что это сделано на настоящих реках и каналах Санкт-Петербурга, что это вообще невозможно представить. Я, конечно, над этим посмеивался, потому что если пойти в Эрмитаж и посмотреть внимательно на картины, которые описывают наш город времен Петра, прекрасно видно, что там не только люди ходят, а там расположены целые ярмарки, ездят лошади, оборудованные, видимо, специальными шипованными подковами. Поэтому еще раз скажу: река Нева и все прекрасные впадающие в неё реки – они замерзают, они ждут своих гостей, другое дело, что МЧС как-то не особо довольно.

Александр Генерозов: МЧС довольно, когда мы все сидим дома и ничего не зажигаем при этом (смеётся)! А сам по себе речной лед, он, наверное, такой «дикий»? Сложно на нем? Если без этих специальных укладчиков льда, как на аренах?

Фёдор Федотов: Да, я абсолютно честно заявляю, что абсолютно «дикий» лед нас приветствовал на реке Фонтанка. И ничего с ним сделать нельзя было. Про себя скучно рассказывать, потому что я все-таки с хоккейным опытом, и со мной много занимались. Я просто вышел на лед и более-менее освоился. Но ребята, которые не катались никогда, или катались не так много и не так профессионально, такие, как Юра Борисов, Вася Копейкин, Миша Шеломенцев, то есть все ребята из нашей банды – они вышли на этот лед и держались на нем, и стояли на нем, и играли при этом свои роли, ничего не забывая! Ни текст, ни подумать о том, что мы здесь делаем сейчас вообще. Поэтому мое искреннее восхищение всей группе нашей, всем артистам, которые на этот лед выходили, справлялись с ним и делали этот фильм, который уже годами радует зрителей. Это, по-моему, большое дело!

Александр Генерозов: Это точно! Фёдор Федотов, актер, который мог стать хоккеистом, ну или даже хоккеист, который переквалифицировался в актеры, на Европе Плюс! А сам-то как считаешь? Хоккеист, который стал актером или актер, который стал хоккеистом?

Фёдор Федотов: Я думаю, что все-таки актер, который мог бы, да и сейчас мечтает стать хоккеистом. Я говорю это искренне, потому что я люблю хоккей, смотрю его регулярно, и сейчас я чувствую, как вы хотите раз за разом надавить на больное, чтобы я пустил слезу в эфире Европы Плюс, я бы с удовольствием это сделал, но я сдержусь, я сдержусь. Любовь к хоккею не проходит и никогда не пройдет, я играю в хоккей настолько регулярно, насколько могу, совмещаю это с актерской деятельностью, ну и, конечно, жду уже роль хоккеиста, потому что уже невозможно просто играть что-то другое!

Александр Генерозов: Всё будет! То есть эта спортивная дисциплина, эта сила воли, они оказались не лишними? Просто это то, о чем все фигуристы мне рассказывают, «это лучшее, что мы получили!» Ты понимаешь, что у других этого, может быть, не хватает?

Фёдор Федотов: Это было особенно видно на курсе. Когда я со своей выдержкой, ну что, я в 7 утра уже должен быть на тренировке, я абсолютно спокойно к 9:30 приезжал на занятия. Но со мной ведь приезжали ребята, которые не занимались хоккеем, а которые просто поступили в театральный институт, потому что это их судьба, это их мечта, за которой они пришли. Я у них научился пониманию того, куда я попал. Потому что у меня никаких мечт, связанных с актерским мастерством, не было никогда. Это была шальная идея, которая вдруг случилась благодаря моему мастеру Ларисе Вячеславовне Грачевой. Она меня взяла на курс и поверила в меня. А дальше надо было разбираться, куда я попал. И вот эти ребята, которые с таким же упорством и фанатизмом шли на все занятия, они меня научили очень-очень многому!

Александр Генерозов: А я-то про себя надумал, что это мама, театровед и теоретик, научный работник в сфере театра, это она тебя так подтолкнула: «Федя! Смотри, у нас есть план Б»! Нет?

Фёдор Федотов: Может быть, потому что, на самом деле, немножко уже все ушло в туман, какое-то творчество все равно присутствовало в жизни, и в театр мы ходили все время, смотрели мы и кино тоже. Но чтобы мама говорила мне «иди на сцену» – такого точно не было, по-моему, это, все-таки, я ее удивил. И за что я благодарен своей маме, своему папе и дедушке с бабушкой – что ни от кого я не услышал ни одного слова. Не было вот этих историй «сначала получи нормальную профессию, а потом уже ерундой занимайся». Вообще никогда такого не было, только поддержка, за что я благодарен своей семье!

Александр Генерозов: Ну и что ж, к твоему актуальному. Соцсети подсказывают, что ты стал автоугонщиком! Мстителем! Прелесть какая (смеётся)! Все кодовые слова сказаны, речь о сериале «Прелесть», новый проект, делись!

Фёдор Федотов: Это был очень долгий процесс, и, наверное, самый неожиданный в моей жизни. Потому что, когда тебе присылают пробы на роль «Цыга́н», ты очень удивляешься. Потом уже оказывается, что это «Цы́ган», что это автоугонщик, который занимается тем, что ворует машины у богатых и помогает потом немножко себе, конечно, но также и своим друзьям, своей семье. Сначала я посмотрел и подумал: «Боже, это самое далекое, что от меня может быть» – вот то, что для меня сейчас прислал мой агент. И записал какие-то пробы абсолютно безответственные. Я, как человек с гиперответственностью, удивлен, что я это говорю (смеётся), но иногда вот эта безответственность, легкость, первое впечатление – они помогают. И вот эти вот «безответственные» пробы были отправлены, и они сработали.

Александр Генерозов: Чтобы самому себя не перехитрить, не задушить?

Фёдор Федотов: Да, абсолютно! Не зарежиссировать то, о чем ты не имеешь понятия. Ну а потом мы снимали тизер, потом поменялась команда, потом мы начали снимать сам сериал, это всё были годы, и наконец, случилась эта премьера, для меня это колоссально! Я эту работу начинаю уже любить, я понимаю, почему я буду ее пересматривать, ну хотя бы для себя.

Александр Генерозов: Один из самых близких твоих коллег по кадру, Максим Коновалов, кому это имя вдруг ничего не говорит, вспоминаем «Бумер», самого яркого бандита с отрицательной харизмой. И вот представьте себе его рядом с Федей! Да я даже думаю, что их вполне умышленно рядом таких поставили, но это актерство, это в кадре, а вне кадра?

Фёдор Федотов: Для меня очень важно, честно говоря, что вы сейчас заговорили об этом! Потому что в этом фильме все наши зрители, да и я сам имею честь столкнуться с работами Олега Евгеньевича Меньшикова и Филиппа Олеговича Янковского. Это такие глыбы, рядом с которыми ты, работая в кадре, понимаешь, почему этих людей так любят и на них так ориентируются.

Александр Генерозов: Энергетика какая-то?

Фёдор Федотов: Энергетика и профессионализм. И то, и другое. Они фантастические профессионалы, к которым никогда нет вопросов. И при этом абсолютно человеческие отношения, дружеские, не разлей вода, буквально семьями – у нас случились с Максимом Коноваловым! Которого я искренне испугался на первых его пробах, мне было страшно с ним что-то делать, мне казалось, что этот дядька действительно меня сейчас убьет! Но при этом у меня абсолютно полное, глубокое впечатление от Максима. И его «Серебряные коньки» – это «Бумер»! Весь съемочный процесс наши герои воевали. И весь процесс с Максом мы просидели в одном вагончике. Мы спасались от холода, мы абсолютно разные, мы смотрели футбол и болели за разные команды, тогда шел Чемпионат мира как раз, мы переживали, орали, кричали, поддерживали друг друга, повторяли текст друг с другом. Эта встреча – такое человеческое счастье для меня, мы держим связь постоянно, и на премьере мы смотрели вместе то, что мы сделали, и первые минут 15 мы держались, честно скажу. А потом мы не выдержали, и про каждую сцену: «А помнишь, вот тут вот мы...»; «А помнишь, в этом лесу мы собирали грибы...». Я очень счастлив, что судьба свела меня с такими людьми в кадре!

Александр Генерозов: Ну и о театре. Ты замечен в разных театрах, ты вроде бы «тюзовец», с другой стороны – Городской театр, и ещё не совсем понятный Социально-художественный театр. Какой из них ты бы назвал своим домашним все-таки?

Фёдор Федотов: Я не могу не сказать, что последние два с половиной сезона работаю в театре Ленсовета. Конечно, тюзовская душа – ее никуда не денешь, и там я проработал много лет, и, продолжаю играть несколько ролей. При этом наш курс на выпуске не хотел расходиться, и мы создали свой театр, Социально-художественный театр. Название связано с направленностью того, что мы делаем. Это не только художественные постановки, это еще и большая социальная работа, которую проводит этот театр. Мы работали и делали спектакли с детьми из неблагополучных семей, с детьми из детских домов...

Александр Генерозов: Действительно, социальный!

Фёдор Федотов: С бывшими зависимыми тоже, у нас, кстати, не было цели сделать спектакль. Была цель актерским мастерством помочь этим людям поверить, что жизнь не кончена, и она не ужасна. Но чаще всего из этого выходила какая-то творческая акция или спектакль. Во многих из них я участвовал, а мои смелые и прекрасные однокурсники продолжают это делать, недавно наш театр получил новое помещение в ДК Газа, это метро «Кировский завод», я всех жду в новом помещении Социально-художественного театра в Петербурге, приезжайте, приходите, театр жив и продолжает жить. Ну и в Городском театре у меня тоже есть один спектакль, «Тиль Уленшпигель», в общем, я сам иногда путаюсь, сколько у меня театров.

Александр Генерозов: Скажи, ну вот, работа с неблагополучными ребятами. Актерская профессия знает множество примеров, ну вот самый первый, который мне пришел на память – это Дэнни Трехо. Замечательный и харизматичный актер, которого, кстати, нашел и вытащил наш замечательный и гениальный кинорежиссер Андрей Кончаловский. В общем, они часто становятся хорошими актерами. Ты это зерно в них сам почувствовал, что это им, может быть, легче дается, чем кому-нибудь?

Фёдор Федотов: Это колоссальная работа, когда мы делали один из таких спектаклей, я ушел в армию и пропустил оставшуюся часть выпуска. И в итоге в премьере самой не играл, но потом, когда вернулся, посмотрел его. Все ребята к тому времени выросли уже. Это очень неожиданно для молодых артистов, потому что работа с детьми, всё-таки, требует собственного самоотречения и самоотверженности. А когда ты молодой артист – тебе хочется, чтобы на тебя смотрели! Мои однокурсники выходят с этими ребятами и делают так, чтобы их было не видно, чтобы было видно ребят.

Александр Генерозов: Отдают все одеяло им, ребятам?

Фёдор Федотов: Да, всё им. И эти ребята, они с удовольствием это одеяло к себе и тянут. Там, где им не хватает профессионализма, в дело идут честные глаза. Это, пожалуй, самое ценное, и это то, чего мы действительно добивались, начиная работу с ними, и задумывая Социально-художественный театр.

Александр Генерозов: Ускорим темп быстрыми вопросами, ответы – в любом формате! Фёдор Федотов. Легко запомнить, казалось бы. Что путают, как ошибаются?

Фёдор Федотов: Бесконечно! Федот Фёдоров, Федот Федотов, но я, честно говоря, на это давно не обращаю внимания, с большим юмором к этому отношусь. Фёдор Фёдоров? Ну пожалуйста!

Александр Генерозов: Тем более Фёдоров, такая фамилия хоккейная! Хоккеисты и фигуристы едят всё, а актеры, как правило, следят за собой. Ты кто в этом плане: «всеяд» или «веган-сыроед» скорее?

Фёдор Федотов: Я абсолютный «всеяд», и спасибо большое моему организму, что пока он позволяет и работать на полную катушку, и при этом позволяет себе съесть и мороженое, и кусок мяса.

Александр Генерозов: В каком амплуа в детстве играл в хоккей?

Фёдор Федотов: Я был центральным нападающим, человеком, который контролирует на площадке и защиту, и нападение. Видимо это часть характера – попытаться все проконтролировать.

Александр Генерозов: Тебе предлагают Гамлета. На каком языке бы выбрал, нашем «быть иль не быть» или оригинал «to be or not to be»?

Фёдор Федотов: Может быть, в каком-нибудь спектакле я бы с удовольствием совместил – и на языке оригинала сыграл бы, и на нашем языке. Потому что великие переводы, в том числе и Шекспира – они уже совершенно отдельный и самостоятельный материал. Я не думаю, что Гамлет вот-вот где-то ждет меня уже за углом, но может быть, однажды мы с этой ролью и встретимся.

Александр Генерозов: Критика болезненна для тебя, или можешь от души и спасибо сказать за ценную ремарку?

Фёдор Федотов: У меня абсолютный иммунитет, у меня мама театральный критик. Мне что ни говори – «Васька слушает, да ест». По поводу театра я принимаю конструктивную критику с большим удовольствием, потому что это то, что я могу исправить на следующем спектакле, а по поводу кино – я воспринимаю критику с исключительным юмором, потому что я уже ничего изменить не могу, а сколько людей – столько и мнений.

Александр Генерозов: Сравнение с Томом Холландом не раздражает? Ты вообще считаешь себя похожим на него?

Фёдор Федотов: Я честно смею верить, что где-то далеко в Голливуде ему говорят: «Слушай, да ты же Фёдор Федотов! Самый настоящий!» Я старше его, кажется, на год. Поэтому я успокаиваю себя, что это он как я. Но он прекрасный, талантливый, тонкий артист, и он просто известен за счет «Человека-паука», и это тоже прекрасная работа! И вообще, он тонкий и очень интересный артист, я читал много его интервью и слежу за тем, как он относится к профессии, мне кажется, это большой профессионал!

Александр Генерозов: 12 июля, в один день с тобой, родились такие удивительные люди, как Гай Юлий Цезарь, чудесный абсолютно художник Амедео Модильяни и музыкант Валерий «я свободен» Кипелов! Выбирай, с кем бы из этих великих захотел пообщаться, поболтать.

Фёдор Федотов: Хорошо! Я помню, как я ездил в 11-й класс на роликах через весь Петербург, по красивейшим местам. И переезжая Троицкий мост, я слушал «Я свободен» обязательно! И, конечно, Гай Юлий Цезарь – такая фигура, которая не может не привлекать внимания. И может быть, я бы захотел оказаться там и сказать Бруту: «Стой!», но – Модильяни! И дальше я молчу!

Александр Генерозов: Да! Ну и давай о тех проектах, которые еще не вышли, но очень меня заинтересовали. «Роднина». И очевидно совершенно, что это байопик по жизни Ирины Родниной, великой абсолютно фигуристки, а ныне общественного деятеля. Кто ты там, Алексей Уланов? Александр Зайцев? Она просто с разными партнерами каталась, но вроде бы тайна пока всё это.

Фёдор Федотов: Я действительно не могу сказать, кто из ее партнеров в этом фильме я, но про фильм я могу рассказать, выйдет он в конце года, он приурочен к юбилею Ирины Константиновны, и это действительно будет большая работа. При этом, я не могу сказать, что это будет такой классический байопик. Я думаю, что это очень человеческая история в итоге получится, про смелого человека, который не сдался перед лицом бесконечного какого-то ужаса травм, я вообще восхищаюсь спортсменами! А у фигуристов есть такое понимание – мне Таня Волосожар однажды говорила про себя. Или Максим Траньков про нее говорил, «у этого человека фигурное катание головного мозга». Это такой совершенно особенный диагноз, это такие увлеченные своим делом люди – до последней капли пота, крови, и вот этот фильм, он про таких спортсменов. Которые шли вперед, несмотря ни на что, а если останавливались, то всё, дальше тебя уже перемалывает эта тяжелая профессия. Главное – к своей мечте!

Александр Генерозов: Ну и хотелось бы еще поинтересоваться проектом «Достоевский», вы оба «Фёдор Михалычи», петербуржцы, и ты там, насколько я понимаю, Раскольников? То есть, один из самых его знаменитых персонажей? Что бы ни получилось, но мне кажется, это значимая роль!

Фёдор Федотов: Одна из самых важных книг в жизни, конечно! И, будучи Фёдором Михайловичем в жизни, ты не можешь отвертеться от сравнений и каких-то шуток, я тоже стараюсь к этому относиться с юмором, я даже прошу своих друзей и родителей: «Пожалуйста, если не хватит мне выдержки – бейте меня по щекам!» Потому что без самоиронии заниматься этой профессией очень глупо. Роль Раскольникова – это такая вершина, до которой добираться и добираться ещё. Я сталкивался с ней в этом сериале, и потом мы делали еще день Достоевского в Питере. Я там тоже был Раскольниковым, и так я по кусочкам собираю этот пазл Достоевского, и хочу еще и еще, мне все это очень интересно, я очень жду этого сериала вместе с вами, вместе со всеми слушателями Европы Плюс, но ничего не могу сказать по поводу того, когда он появится. Это такой Раскольников на современный манер, при этом он встречается с духом Достоевского внутри этого сериала по сюжету, разбирается с тем, куда он попал. Потому что неожиданно этот парень попадает в обстоятельства романа «Преступление и наказание». Всё вокруг него превращается в «достоевщину».

Александр Генерозов: Он не стал олимпийским чемпионом, хотя мечтал об этом с самого детства. Зато он побеждал в «Ледниковом периоде» с Татьяной Волосожар и занимал второе место с Женей Медведевой, что тоже по-своему символично. Фёдор Федотов на Европе Плюс! Ну и смотри, темпераментная, готовая раздавать довольно-таки резкие эпитеты всем Женя, и бесконечно обаятельная, женственная Татьяна Волосожар. Они, правда, очень разные. Как у тебя с ними складывались рабочие отношения?

Фёдор Федотов: Ну вот я иногда думаю, вот как так случилось, что вот совершенно с двумя разными партнершами меня свела судьба? И у каждой учиться, восхищаться!

Александр Генерозов: Да, они просто великие!

Фёдор Федотов: И думать: «Как ты здесь вообще оказался, Федя? Олимпийские чемпионы рядом с тобой, и ты тут чего-то катаешься еще». Женя – она как раз пример того, как профессионализм совмещается с чувством юмора и самоиронией. Когда мы заняли второе место – да мы просто ржали! Потому что серебро для неё – такая показательная вещь на всю жизнь, для меня «Серебряные коньки» – это тоже, с чего все началось. И когда мы это поняли, нам стало ясно, что никакое другое вообще место мы не могли занять в принципе! Но, наверное, самое главное впечатление – это ты катишься и видишь, как она уходит! Она уходит, потому что у неё абсолютно особенный, исключительный стиль скольжения по льду. Два шага Жени – и я понимаю, что ни при каких обстоятельствах я ее уже больше не догоню никогда! И я чуть ли не сквозь зубы кричу: «Женя, подожди меня, я же не могу так!» Ну и про Таню могу говорить тоже бесконечно и с бесконечной любовью. Это встреча на всю жизнь, опять же, это дружба, это такие счастливые месяцы совместной работы, совместного труда, преодоления травм, сложностей, бесконечной конкуренции, которая волей-неволей появляется на этом проекте, потому что там все по-настоящему! Там нет ничего закулисного. Тем и интересен «Ледниковый период» – шоу, которое делает Илья Авербух. Это уникальный человек, уникальный! И спасибо ему огромное за то, что он в меня поверил, за то, что он меня пригласил, и главное – что он меня познакомил с такими удивительными людьми. Встреча с Таней Волосожар, наша победа с ней – это память на всю жизнь, которую я понесу дальше и дальше, своим детям, дочке, внукам и правнукам.

Александр Генерозов: Ух, какая у тебя программа! Но знаешь, что еще спрошу. Понятно, что это смесь спорта и актерства. Как бы ты это процентно распределил? 50 на 50?

Фёдор Федотов: 50 на 50 всё же не разделил бы. Я стремился к тому, чтобы каждое движение, подсказанное Ильей или Женей, Таней... Таня ведь очень тонко разбиралась во всем, что мы делали, и иногда ее советы, деликатные подсказки… я их брал, хватал и использовал дальше бесконечно! Когда ты точно делаешь движение – начинается уже настоящий Мейерхольд, потому что сначала ты сделаешь точное движение, и это родит нужную эмоцию. Я старался, чтобы это было хотя бы 50 на 50. Но иногда приходилось некомпетентность в фигурном катании замещать актерским мастерством. Другое дело, что на это проект и направлен! И спасибо театральной академии, петербургской, которая дала такую базу, чтобы не теряться на фоне легенд.

Александр Генерозов: Ну и вот обычная жизнь. Ты не читаешь сценарий, ты не на смене, ты не в раздевалке, не с хоккейной клюшкой...

Фёдор Федотов: Такое бывает?

Александр Генерозов: А кто останется, интроверт-социофоб? Это тоже такой триггер кину. Кого, в общем, увидим?

Фёдор Федотов: Думаю, что интроверта, да. Думаю, что иногда даже социофоба, не такого, как Камбербэтч в «Шерлоке», но все-таки, иногда общения так много, что уже просто действительно сильно страшно. Уже хочется спрятаться, забиться под стол или хотя бы под одеяло и просто полежать, почитать книгу. И не говорить, не слушать, не воспринимать, не смотреть, информация же льется постоянно! И, тем не менее, это такие редкие передышки, от которых, отталкиваясь, надо идти и работать дальше, надо продолжать делать свое дело, потому что театр не убежит никуда, и кино не убежит, и все родные и близкие ждут не только помощи, но и того, на что посмотреть. Поэтому работу надо как-то совмещать с такими моментами, когда просто можешь выдохнуть. Я стараюсь.

Александр Генерозов: Ну а ты говоришь «книжка». Скорей художественная какая-нибудь, или практически как у всех сейчас, в топах нон-фикшн?

Фёдор Федотов: У меня еще очень большой список художественной литературы, которую надо продолжать осваивать и осваивать. И вообще, русскую классику читать и перечитывать – это... Сейчас уже такой зануда из Петербурга начался. Так вот, читать и перечитывать надо постоянно, я стараюсь читать художественную литературу.

Александр Генерозов: Ты сказал «зануда из Петербурга», удивительно, но в вас это есть, точно! Вот и Филипп Ершов, когда у меня был, говорил «во мне сидит дед-ворчун», наверное, так сказывается на вас магия города, который, конечно, прекрасен абсолютно, но с трудом выносим зимой (смеётся). Новый год там встречал?

Фёдор Федотов: Новый год с семьей с самыми близкими и родными, и было, конечно, да, морозно. С большим уважением отношусь к Москве, приезжаю сюда работать, но потом искренне абсолютно говорю, что бегу-бегу обратно в Петербург, возвращаюсь к семье, к родным, домой в свой любимый город. Ворчать не люблю, но, может, он и заставляет иногда поворчать (смеётся), я принимаю его таким, какой он есть, с любовью и восхищением большим!

Александр Генерозов: Фёдор, спасибо огромное за то, что нашел время и зашел к нам, будем рады твоим новым проектам, ждём в гости, приходи! Фёдор Федотов, звезда «Серебряных коньков», «Последнего акселя», «Мир! Дружба! Жвачка!», актер театра, кино и сериалов, самый «ледовый» из наших актеров провел свой вечер с нами на Европе Плюс. Ну а я, Александр Генерозов, прощаюсь с вами ровно на 7 дней. Будет звездно, будет интересно, всем пока!

Фёдор Федотов: До свидания, друзья, слушайте Европу Плюс!