18 марта гостьей программы Week & Star стала генеральный директор Cirque du Soleil Rus Наталья Романова! Она рассказала ведущему Александру Генерозову все подробности о новом крутом шоу OVO, которое Цирк дю Солей при поддержке Европы Плюс представит весной и летом в шести городах России. Читай интервью ниже или подписывайся на подкаст для iOS или Android.
Александр Генерозов: Старина Гораций использовал выражение Ab ovo, начиная с яйца, значение – с самого начала. OVO – это еще и название нового шоу от Cirque du Soleil, которое очень скоро стартует в России. Мы решили последовать примеру античного поэта и узнать про шоу OVO все с самого начала. И сделаем это вместе с Натальей Романовой, директором Cirque du Soleil России на Европе Плюс! Здравствуйте, Наталья, и привет всем-всем, кто нас слышит!
Наталья Романова: Добрый день.
Александр Генерозов: Шоу OVO стартует 28 апреля, но не в Москве, а почему-то в Санкт-Петербурге.
Наталья Романова: Шоу приезжает из Европы, поэтому Петербург – логичный город как окно в Европу, находится поближе. Чисто логистически это очень удобно. И поскольку шоу из Санкт-Петербурга направляется в Москву, Казань и далее на восток, то, в общем-то, логично и хорошо выстраивается наш путь. Премьера в Петербурге.
Александр Генерозов: Насколько это огромная работа – постановка нового шоу? С чем это можно сравнить вообще?
Наталья Романова: С рождением ребенка, наверно, потому что...
Александр Генерозов: В котором участвует куча мам и пап!
Наталья Романова: Пожалуй, так, да, своеобразное такое дитя получается. Но это творчески очень длительный процесс, почему сразу мне пришло в голову сравнение с рождением ребенка, потому что это примерно такой же временной цикл – девять месяцев, год уходит у нас, вот Cirque du Soleil Rus для того, чтобы подготовить гастроли, шоу. А на создание новой постановки уходит даже больше, это два-три года зачастую.
Александр Генерозов: Смотрите, вы начинаете в холодном Питере. Едете в нашу, такую пресыщенную Москву. Потом Поволжье, Урал и завершаете в июле в курортном Сочи. Все эти геолокации вами уже проверены?
Наталья Романова: Многие из них уже проверены. Наверно, большинство. В Екатеринбурге мы были только один раз и не решались приехать вновь. И только из-за того, что площадка, которая там есть, не соответствовала техническим параметрам шоу. Но вот нам удалось договориться с «Экспоцентром», это новая для нас площадка для того, чтобы выстроить фактически новый зрительный зал. Там нет ни мест зрительских, ничего, мы проводим достаточно сложную такую техническую работу, такой проект для того, чтобы сделать из него не просто зрительный зал, а зрительный зал, подходящий для шоу Cirque du Soleil.
Остальные города традиционны на нашей гастрольной карте. Мы с удовольствием возвращаемся практически каждый год вновь. И в этот раз мы смогли привезти шоу на достаточно длительный срок и посетить шесть городов, что, в общем-то, не очень часто так бывает. Это большой гастрольный тур.
Александр Генерозов: Это началось три десятка лет назад в Монреале как уличный цирк. Сменилось тысячелетие, Цирк Солнца вырос, и старт каждого нового шоу – настоящее событие. С 28 апреля в Питере и по 29 июля в Сочи при поддержке Европы Плюс нас ждет шоу OVO. Директор Cirque du Soleil России Наталья Романова в шоу Week & Star! OVO, как я уже сказал, по-латыни – это яйцо. И что же скрывается под скорлупой вашего шоу?
Наталья Романова: Как всегда – тайна, безусловно. Но, если приоткрыть ее завесу, то режиссер-постановщик этого шоу – замечательная бразильская женщина, Дебора Колкер. На самом деле, это первый раз, когда женщина-режиссер работает в Cirque du Soleil за 34 года истории компании.
Александр Генерозов: То есть это такая микрореволюция у вас, да?
Наталья Романова: Своего рода, да, мы в тренде времени, я думаю, следуем. И вот именно Дебора Колкер смогла, вдохновившись микромиром, создать очень яркое, очень жизнерадостное шоу.
Александр Генерозов: Наталья, а помимо Деборы там есть еще одна прекрасная женщина, Шанталь Трэмбле, это творческий директор. А поясните разницу между режиссером-постановщиком и творческим директором для нас?
Наталья Романова: Творческий директор, скорее, смотрит и следит за теми нюансами, чтобы шоу вышло таким, как оно должно быть и под брендом Cirque du Soleil прекрасно смотрелось на сцене. То есть это, в принципе, все равно командная работа, где, скорее, наверно на эквалайзере, можно сказать, есть какие-то нюансы. Каждый из членов команды привносит свой опыт, свое видение. Это всегда какая-то дискуссия и такой очень активный творческий процесс. Но в конце концов имя на афишах появляется режиссера-постановщика, в данном случае, это Дебора Колкер. А все остальные работают в команде.
Александр Генерозов: Есть еще имя Гринго Кардия, сценограф и реквизитор. Мне кажется, сценограф в этом шоу небывалую такую ответственность несет, потому что его задача – изобразить микромир в макромире. Как это вообще решается?
Наталья Романова: Знаете, это, действительно, решается сложно. И вот этот макромир, или микромир в макромире, о котором вы сказали, наверно, можно рассмотреть в двух плоскостях. С одной стороны, это, действительно, на арене вместимостью 4-5 тысяч человек, представить такой вот крошечный мир из небольших существ, которых играют артисты, перевоплощаясь в своих персонажей таким образом, чтобы все зрители это увидели. Это как раз задача сценографа, постановщика, и достигается она с помощью достаточно крупных и сложных элементов, декораций, сценографии.
Александр Генерозов: А есть ли какой-то четко построенный сюжет у этого шоу? Или это своеобразный поток сознания, который даже опасно анализировать, ‒ таким образом убьем всю магию?
Наталья Романова: Вы знаете, мне тоже кажется, это сейчас современный тренд. Вот создаются же фильмы, где каждый потом может додумать и финал, и продолжение самостоятельно? Допиши свою историю. Наверно, Cirque du Soleil предоставляет в большинстве, наверно, своих постановок такую свободу зрителю увидеть, что хочет увидеть сам, что ему именно созвучно в данный момент. Безусловно, есть фабула, которая задается появлением этого странного непонятного объекта – яйца. И вокруг него такая создается немая сцена, когда зрители, обитатели этого леса, не понимают, откуда оно взялось и, собственно, зачем оно здесь.
И дальше зрители додумывают ‒ либо это круговорот жизни, либо какая-то игла, как в русских народных сказках, которую царевич должен найти, и там может быть смерть Кощея Бессмертного на конце. Мы это все не знаем, каждый может додумать сам. Но, на самом деле, вокруг этого яйца дальше разворачиваются страсти, интерес, даже любовь какая-то у этих микрообитателей этого мира. Безусловно, там в каждом из номеров, которые предусмотрены в шоу, есть свои персонажи. Это и сверчки, это и мухи, и так далее, которые (опять же, читай дальше между строк), могут представлять собой иностранцев каких-то, попавших в необычное для них общество, необычный мир. И кто-то сделает вывод о том, что мы должны, сохраняя любопытство к миру, быть и терпимее, и относиться с пониманием к тем, кто не похож на нас.
Александр Генерозов: Больше фактов о нашей гостье узнаем в формате блиц – быстрые вопросы. Ну, а ответы традиционно принимаю в любом формате. Поехали! Где место генерального директора Cirque du Soleil во время шоу или во время премьеры?
Наталья Романова: Во время шоу или в последующие дни я очень люблю и посмотреть шоу из зрительного зала, причем, как с галерки, так и из партера, чтобы создать впечатление и собственное какое-то мнение о том, где лучше видно, какие сделать, может быть, коррективы на данной площадке на следующий год, когда мы привозим шоу. Какие-то места мы закрываем, допустим, если с них недостаточно хороший обзор.
Александр Генерозов: Вы директор. Приходится принимать непопулярные решения?
Наталья Романова: А какой ответ вы хотите услышать? Да, приходится, но, хотя, я стараюсь, конечно, быть популярным директором. Об этом лучше спросить, наверно, у моей команды, у сотрудников.
Александр Генерозов: Цирк — это сцена, но это еще не все сценическое искусство. И давайте я перечислю ‒ опера, балет, театр, наверно, многое, что-то другое. Что лично вас привлекает?
Наталья Романова: Я очень люблю и искусство, в разных его проявлениях, и театр классический, и балет. Не так давно с большим удовольствием сходила на шоу танго аргентинского, которое тоже меня очень впечатлило и зажгло, на концерт грузинского ансамбля. Я очень люблю открывать новое.
Александр Генерозов: Мы всем гостям предлагаем выбор, который пришлось делать Нео в «Матрице». Это выбор между красной и синей таблеткой.
Наталья Романова: Я за красную. Мне часто приходится эти пилюли глотать, я даже знаю ее вкус, и даже знаю послевкусие, но каждый раз рука почему-то тянется за ней.
Александр Генерозов: Мы предлагаем всем нашим гостям совершить небольшое путешествие на машине времени. А машина времени может вас в туристических целях, подчеркну, отправить в любое время, в любое место, хоть в будущее, хоть в прошлое. Куда?
Наталья Романова: Мне представилась картина, наверно, где-то середины XIX века. Я оказываюсь в России, когда это красивый такой очень стиль, аристократичный, благородный. Я люблю лошадей, я почему-то сразу представила себя верхом. Не люблю, правда, охоту, но верхом и вот с русскими борзыми как-то мне это красиво, мне это близко.
Александр Генерозов: Наталья, расскажите нам про цирковые номера, которые мы увидим в шоу OVO. Что такое танец креатуры?
Наталья Романова: Ой, креатура это такое, в общем, создание, конструкция, которая, ты даже не поймешь, она не относится к миру насекомых, а, может, и относится. Это какой-то сгусток энергии что ли, но это такая загадка. Мы же с вами говорили, что загадка во всем, да? Даже в появлении яйца, и вот загадка в креатуре. У нее, да, свой образ, свой персонаж, свой танец.
Александр Генерозов: А что тогда икарийские игры и муравей, который их исполняет? Муравей – это…
Наталья Романова: Персонаж, а икарийские игры — это такой термин, который в принципе уже так прижился в цирковом лексиконе. По-моему, если не ошибаюсь, где-то с середины XIX века. Наверно, вдохновлен он именно полетом Икара, название «икарийские игры» происходит от этого персонажа. А представляет он собой, как правило, взаимодействие такое акробатическое двух партнеров, один из которых располагается на специальной скамье лежа как бы ногами вверх и подбрасывает ступнями более легкого партнера, который в это время совершает разные такие кульбиты в воздухе. Важно его поймать по разной оси вращения траектории. Вот это то, что из себя представляют икарийские игры.
Александр Генерозов: Наталья, насколько я знаю, в Cirque du Soleil всегда используется живая музыка принципиально. Как вы достигаете синхронности между артистами и музыкантами?
Наталья Романова: Абсолютно музыка живая и всегда живая. Дело в том, что поскольку есть своя специфика и своя динамика исполнения номеров на сцене, что-то даже в Cirque du Soleil бывает не всегда получается. Естественно, всегда музыканты должны адаптироваться и следить за происходящим на сцене. У них тоже есть рация, у руководителя музыкальной группы. Он находится всегда в контакте со стейдж-менеджером, и идет всегда какое-то общение, корректировка. То есть музыканты должны следить за происходящим на сцене, подстраиваться и в плане темпа и в плане ритма, и поэтому это всегда живое исполнение.
Александр Генерозов: Каждое шоу Cirque du Soleil достойно внимания, но OVO – это особый проект, ведь именно в нем мир насекомых станет объектом внимания зрителей Цирка Солнца при поддержке радио №1 в России. Наталья Романова, генеральный директор Cirque du Soleil России на Европе Плюс! И мы хотим узнать все подробности OVO в шоу Week & Star! Вот вы предлагаете посмотреть на мир насекомых, а многие люди, между тем, панически! Панически боятся насекомых. И есть ли в этом какая-то проблема, что вы не боитесь, что люди испугаются просто?
Наталья Романова: Не буду скрывать, для нас, как людей, занимающихся рекламой и маркетингом, было крайне сложно найти те правильные слова, чтобы описать это шоу. Надо, наверно, научиться во всем видеть прекрасное, ведь среди цветов тоже бывают безумно ядовитые растения, да? Но слово «цветок» нас не отталкивает, потому что сразу возникает аналогия с чем-то прекрасным, красивым и ярким.
Александр Генерозов: А я нашел еще один плюс в мире насекомых, потому что мир насекомых исчезает практически на зиму и возвращается к нам с весной. И поэтому все, кто придут на это шоу, в первую очередь, призовут таким образом, наконец запоздавшую уже весну! Друзья, приходите!
Наталья Романова: Спасибо за такую идею.
Александр Генерозов: Все шоу сначала появляются в формате «шатер», а потом переходят в формат «арена», и чем-то приходится жертвовать при этом, или, наоборот, есть и находки какие-то?
Наталья Романова: Я думаю, это такой компромисс. С одной стороны, конечно, приходится жертвовать той, такой камерной интимной атмосферой, и когда все зрители находятся достаточно близко к сцене, и эту атмосферу дает именно шатер. Две с половиной тысячи мест, но поскольку они расположены именно формы такой подковы, очень достаточно близко расположенной к сцене, даже с самых дальних рядов шатра очень хорошо видно все равно даже выражение лица артистов, их костюмы, грим. Это, действительно, наверно, самый хороший способ увидеть, получить самые хорошие впечатление от шоу Cirque du Soleil.
Но когда шоу получает свою вторую жизнь в формате арены, а это 4-4,5 тысячи мест, идет перепостановка шоу. Обычно, уходит восемь-девять месяцев. Это как создание нового шоу. Меняются высоты. Как правило, высота в арене еще выше. В соответствии с этим, некоторые воздушные номера, они делаются более масштабными и более даже сложными для того, чтобы заполнить собой вот это все пространство арены.
Александр Генерозов: Цирк пребывает с нами с античных времен. Он живой, он меняется, и эти метаморфозы видны нашей гостье, пожалуй, даже лучше, чем кому-либо, ведь она – генеральный директор Cirque du Soleil России. Ее зовут Наталья Романова, и она на Европе Плюс! Итак, Наталья, куда же движется Cirque du Soleil? Что нас ждет в нем нового в ближайшее время?
Наталья Романова: Жизнь меняется, меняются жанры, и очень интересно смотреть за теми изменениями, которые происходят в Cirque du Soleil. Я работаю в компании уже десять лет, и застав ее в тот момент, когда она еще была частной, владельцем ее был ее создатель Ги Лалиберте. Сейчас компания трансформировалась, наверно, в настоящую такую транснациональную корпорацию своего рода, и с этого года она называется «Группа компаний Cirque du Soleil», что говорит о том, что все равно, конечно, основным нашим брендом остается Cirque du Soleil, но, например, появляются и другие.
Так, год назад компания приобрела достаточно известную в Америке группу музыкальную, Blue Man Group, и надо сказать, что тоже год назад появилось шоу на льду «Кристалл», премьера которого прошла сначала в Монреале, и вот уже год она гастролирует по Соединенным Штатам. Надеюсь, что мы привезем его и к нам.
Александр Генерозов: А что с классическим цирком будет дальше? Останется цирк где-нибудь вообще в формате – арена, оркестр, выходят клоуны, потом выбегают звери, нас смешат клоуны, потом иллюзионисты? Ну, тот цирк, который стал сам себя изживать?
Наталья Романова: Вы знаете, очень хороший вопрос. Я часто сама задумываюсь над этим, посещая, скажем, постановки и других цирковых компаний. Мне кажется, что, с одной стороны, это нормально. Это в любом виде искусства происходит какое-то взаимообогащение. Мы видим, что если раньше Cirque du Soleil говорил о том, что вот у нас есть сюжет, у нас есть синергия жанров, у нас есть живая исполняемая музыка, вокал и прочее. Сейчас, наверно, могут сказать об этом какие-то другие цирковые коллективы. Но, что скрывать, как бы они во многом черпались вдохновением у Cirque du Soleil, перенимали лучшее и старались идти в ногу с такими, на тот момент, новыми тенденциями, и то, что было очень востребовано зрителем.
В этот момент они отошли от того классического цирка, который знаком мне еще и, наверно, многим другим с детских времен, когда, действительно, идет череда номеров, один выходит за другим, сначала акробаты, потом собачки, потом клоуны. И, знаете, на чем я себя как-то часто ловлю, что с этим старым цирком уходит что-то такое доброе, наивное, какой-то добрый очень юмор, который был у нашей школы российских клоунов.
Александр Генерозов: Хотелось узнать еще некоторые подробности, частные такие подробности вашего шоу OVO. Билеты уже сейчас можно купить на любое из выступлений? Или, когда они появляются в продаже?
Наталья Романова: Уже сейчас можно купить не на все выступления, потому что в продаже они появились в начале октября. Лучше всего их покупать на нашем сайте. Там нет никакой комиссии.
Александр Генерозов: Наташа, а вы можете сказать точно, сколько все-таки стоят билеты на шоу OVO?
Наталья Романова: Знаете, походив на разные другие театральные постановки, концерты, могу сказать, что мы сейчас не где-то в очень слабом средненьком сегменте. Стоимость наших билетов от двух тысяч до шести. Средняя цена билета это порядка 3 000. Это прекрасные удобные места, с которых можно получить отличные впечатления от просмотра шоу Cirque du Soleil.
Александр Генерозов: А вот в нашей группе в «Одноклассниках» Ирина спрашивает: «Смогу ли я прийти на шоу OVO вместе с шестилетним сыном?» Каков возраст, действительно?
Наталья Романова: На это шоу мы приглашаем семьи с детьми. Официально мы пишем, что у нас нет возрастных ограничений. И шоу, действительно, настолько яркое, позитивное и красочное, что мы приглашаем всех-всех-всех. Если раньше мы говорили о том, что дети, как правило, составляют всего восемь-десять процентов нашей аудитории, шоу сложные, с таким двойным смыслом или подтекстом, то это шоу будет понятно и интересно абсолютно всем, вне зависимости от возраста.
Александр Генерозов: Наталья, завтра – понедельник, день, который никто не любит. Есть ли у вас рецепт, как встретить понедельник чуть-чуть полегче?
Наталья Романова: Конечно, знаю ‒ улыбайтесь!
Александр Генерозов: Наталья, спасибо огромное за то, что нашли время для нас. Успешного запуска OVO и ждем вас с новыми проектами! Друзья, Наталья Романова, генеральный директор Cirque du Soleil России, провела воскресный вечер вместе с нами. Шоу OVO стартует уже 28 апреля в Питере. Европа Плюс гарантирует качество! Я же прощаюсь до воскресенья! Александр Генерозов, Week & Star! Пока!
